Магическая Москва

Кажется, на одной из лекций по обществознанию, когда они психологию проходили. Вроде как эмпат – тот, кто может чувствовать эмоции другого.

– Я могу понять отношение человека только к тому, что он говорит, – осторожно уточнила она.

– Я и говорю – аспектированный. Не бери в голову, классификация магиков очень примерная. Сложно найти идентичные Малые Истоки, знаешь ли. Эмпат в околомагических терминах – тот, кто считывает информацию с другого человека или напрямую, или с его слов, движений, запахов, да хоть рисунков или записей.

Не так уж и важно, какую именно информацию. Чтение мыслей тоже, в общем-то, разновидность эмпатии.

Это не совсем вязалось с представлением Инги, но она предпочла за лучшее не спорить и просто покивать. Эмпат так эмпат. Звучит-то неплохо.

Машина остановилась около кованых ворот, на небольшой площадке, посыпанной гравием.

– Надеюсь, ты собак не боишься?

Инга не то чтобы боялась, но невозможность полностью понять намерения зверя несколько… тревожили. Впрочем, при виде уличного пса она хотя бы не переходила на ту сторону дороги, как Толик, так что помотала головой эмпат вполне искренне.

Не слишком понимая, зачем они приехали в собачий питомник так далеко от города (может, здесь разводили каких-нибудь специальных псов для магического сыска?), Инга направилась за Андреем Васильевичем. Искать неведомого Щенка, способного помочь вернуть ее пропавшие вещи.

Аристократ без каких-либо сомнений толкнул незапертую створку ворот и прошел на территорию питомника.

Инга последовала за ним и едва не утонула в собачьем лае, который не был слышен, пока она стояла за каменным забором.

Лаять было кому: справа и слева от дорожки стояли ряды просторных вольеров, в которых сидели собаки разных пород. Этими вольерами была заставлена вся территория перед стоявшим на приличном расстоянии от забора старым двухэтажным коттеджем.

Инга слабо разбиралась в том, какие псы как называются, но все же могла отличить овчарок, видных в вольерах слева, от гончих, которые были по правую руку, и каких-то явно декоративных пород, чьи клетки поменьше располагались поближе к домику владельцев.

К этому домику и направлялся особист.

Инга шла за ним. Собаки лаяли, виляли хвостами и опять лаяли. Грозные овчарки скалили клыки, когда она проходила мимо, и оставалось только порадоваться крепким железным прутьям, отделявшим псов от остального мира. Хотя несколько крупных животных явно были готовы перегрызть сталь.