Волонтер №13

Ларек назывался ласково "Мясо домашнее", принадлежал он двум братьям-толстякам Сереге и Юрке, и в момент, когда в него сверху ворвался Боб, в нем шла бойкая торговля. На огромном блестящем крюке висела свежая свиная полутуша, от которой Юрка как раз намеревался отхватить кусок вырезки. Рядом с занятым  в ожидании своей туши сверкал жалом еще один крюк, до поры свободный.

Пора настала, пришла вместе с Толстым Ро.

Проломив девственное поле потолочного гипсокартона, с непрекращающимся криком "Е-е-е-е!", в облаке белой пыли и древесной трухи, Боб свалился на свободный крюк и повис на нем, рядом с полутушей.

Жало крюка пронзило воротник его куртки и, минуя сонную артерию, рядом с правым ухом вышло наружу. Какая - то деревяшка свалилась сверху вдогон отшумевшему событию и шмякнула его по голове, впрочем, не чувствительно.

Боб повис, как висельник, склонив голову к левому плечу, вздернув их оба, и вытянув руки вдоль тела. Его тушка покачивалась, убаюканный, он перестал кричать.

Толстяк Юрка, отшатнувшись от падающего потолка, инстинктивно убрал за спину острый мясницкий нож, который держал в руке и на который, в противном случае, Робик неминуемо бы напоролся.

Правда, при этом толстяк задел локтем воткнутый в колоду острый мясницкий топор, тот кувыркнулся вниз и, срубив в полете каблук с ботинка Боба, с мокрым чмокающим звуком воткнулся в пол.

В общем, у пострадавшего - ни единой царапины.

Красный №13 удовлетворенно хмыкнул. Везунчик, ешкин свет!

Однако это было еще не все.

Повиснув на крюке, Роберт левой рукой угодил в открытый ящик кассы, ну и инстинктивно, не нарочно, зажал в руке то, что в нее попало.

А попало в нее прилично, потому как ладонь у Робика была широкая, рабочая такая ладонь. Все произошло само собой, пока оседала пыль. И после, когда братаны снимали его с крюка, кулака он не разжимал. А и с какой стати? "Что в моей руке - мое!"- такого принципа он придерживался, и пусть кто-то попробовал бы его в том переубедить!

Толстого Ро, сняв с крюка, поставили на пол. Он лупал глазами и, по виду, ничегошеньки не понимал.

- Ты что, Толстый, охренел? - сходу взял его в оборот Серега. - Мы только неделю назад ремонт закончили. Ты попал!

- Попал - не то слово, - подключился Юрка. - Ты глянь, сколько товара перепортил!

- Ой-е! - сокрушился Серега.

- Ой, бля! - поддержал брата Юрка.

Вдвоем, как два слона-недомерка, они стали зажимать Боба в угол. Тот почувствовал запах жареного, причём, смекнул сразу, что будет выступать в качестве жаркого.