Ожившие камни

Серый сумрак, оттенки эмоций проходящих сквозь тебя людей.

Это было уже слишком – я повалился прямо на тротуар – и уснул.

Чтобы проснуться на карнизе, на пугающей высоте, отделяющей меня от пролетающих внизу автомобилей. И сумрак вокруг – туманный, призрачный, но вроде прозрачный.

Кто-то выглядывает из моего окна, внимательно осматривает карниз.

- Привет, Дракон!

Он старательно отворачивается, словно не замечая.

Как будто не меня искал!

Шагаю внутрь – хорошо хоть он раму додумался не закрыть. Всё тот же сумрак вокруг, не смотря на заглядывающее мне через плечо любопытное солнце.

Холодно-белая фигура из камня кажется единственным реальным предметом – и я иду именно к ней, подбадриваемый, даже подталкиваемый в спину солнечными лучами, некоторые из которых, перестаравшись, пронизывают меня насквозь, играя бликами на поверхности статуи.

Она холодна и пугающе безжизненна – и в то же время она одна действительно реальна в окружающем меня сумеречном безумии.

Холод камня.

Смерть? И так теперь будет всегда?

Грудь взрывается болью, гремит барабанным боем, требуя выпустить наружу что-то твёрдое и живое, запертое за решёткой грудной клетки.

Сердце…

Моё?

Нет, моё молчит и не бьётся, замершее, раздавленное в самом центре оборванного танца…

А это? Которое в груди?

Это Её…

Я так долго искал – и нашёл. Руки делают всё сами. Пальцы касаются обжигающего, трепетного комка в груди – и переносят его внутрь холодной каменной фигуры.

Так будет правильно, так и надо – там как раз было пусто, а теперь…

Удары сердца, судорожный вдох, испуганный крик. Должно быть, ей снится, что весь мир у её ног.

За спиной вздрогнул Дракон, наверняка, сменивший добрый десяток оттенков. У него в руке меч – совсем как тот, на рисунке Сержа. Может, оттуда и достал?

Но я не оглядываюсь на лист бумаги, чтобы убедиться, чего же на нём не хватает. Там хватает всего – я уверен. Там, на холсте – война. Третья, мировая – да какая угодно! Главное – последняя.

- Ты снова меня нашёл, - шепнула Она, протягивая мне руку. Весь мир у ног моей любви…

- Ты – любовь, - сказал я.

- Это слишком тяжело - для меня одной.

- А со мной?

- А нашей с тобой любви хватит на всех.

Мир у ног. И любви должно хватить – на всех.

- Мир без происшествий – он уже вокруг! – оживает голос Орри в приёмнике.