Ожившие камни

Совсем недавно у нас были жизнь и смерть – и казалось, что больше ничего нет. Совсем недавно мы обнаружили, что жизни и смерти нет – и поверили, что больше ничего нет.

Оказалось, что есть нечто большее, чем ничего.

"- Значит, ты считаешь, есть третий слой?..".

Это тоже надо обмозговать.

А пока – пальцами по невидимой, несуществующей, но почему-то отвечающей на команды клавиатуре. Прямое воздействие…

- Опаньки! А я, блин, вас как раз ищу, за ноги вас и с третьего этажа! – очень по-детски радуется нам с Крейзи Матылёк.

Странно, до чего часто вижу я улыбки в последнее время. Кажется, я и сам улыбаюсь.

- Как там в мире трупов? – спрашивает между тем Матылёк. У меня, конечно.

- Всё так реально… Всё как здесь.

Коробка нового здания громоздится где-то за квартал от нас, стремясь заслонить собою небо, не имеющее границ, стараясь накрыть землю, не знающую про горизонт.

Тень. Ровная, прямоугольная, холодная, пугающая, похожая на смерть.

- Видали какая фигня? – кивает на отбрасывающую во все стороны тень башню нового строения Матылек.

"Кто-то" улыбается в две глупые рожи, слушая Матылька.

- Ваша работа, уроды? – лыбится он. – А вы знаете, что я едва не прошёл Виртуал насквозь, когда меня по вашей, блин, вине выкинуло оттуда?

Вот так-то! Виртуал - насквозь?

"- Значит, ты считаешь, есть третий слой?.

Переглядываемся с Крейзи, что не ускользает от всевидящего взора возмущенного нашим затянувшимся молчанием Матылька.

- Надо обмозговать всё это, - примирительно предлагаю я.

И Матылёк не спорит.

А потом уходим в Пустыню. С большой буквы. Я нашел её первым, теперь идём туда втроём. Где те дьяволы, что будут сулить нам награды, ввергая в искус?

Один песок вокруг. Вместо земли – песок. Вместо неба – песок. А воды здесь нет. Песок один – Пустыня всё-таки. Горизонта здесь тоже нет.

***

Девушка сдёргивает шлем-маску с головы. Пальцы замирают над клавиатурой – но не так, как учат "десятипальцевые" самоучители. Совсем немного – но не так, чуть в стороне, словно стандартная клавиатура ещё продолжается влево… Туда, где сердце.

Лицо, освобожденное от маски, всё-таки ещё остается некоторое время в плену того, что было там, и глаза смотрят в пустоту – глаза видят не то, что здесь.

Здесь всё так реально, а там…

Пустыня.