Ожившие камни

– Нет смерти!

Даже колесом пришёлся. Мальчишка.

Смерти больше нет.

Хочется верить. Но я не зря взял себе имя, которое ношу. Если смерть можно обмануть – значит она есть. А настоящий Сизиф её обманывал. Значит, есть и смерть, и яростный Арей, который её освободит, и хитрый Гермес, который заведёт тебя в Аид.

Смерти больше нет… Не просто "смерти нет", а именно - "больше нет". Абсолютный максимум. Или минимум – обнулённая защита становится непреодолимой, а значит обнулённая жизнь становится смертью, становится максимумом, абсолютом, пиком, вершиной, выше которой…

- С ума сойти можно, - вздыхаю я.

И вижу безумие – в натуральную величину. Потому что песок за спиной Крейзи вздымается холмом, взрывается вулканом…

Только сейчас до меня доходит, что Кербер заливается уже минуты две кряду.

Песок осыпается, являя взору дикую смесь Чужого из популярного во второй половине двадцатого века фильма и Эйфелевой башни. Только голов у этого чучела две.

- Бред какой-то, - улыбаясь, высказывает общее мнение Матылёк и меняет себя.

- Ёпрст металлический! Педаль от танка! Акакий Назарыч Зирбинштейн!

Каждая фраза – метаморфоза. Овидий отдыхает со своим бессмертным произведением. Матылёк рос во все стороны разом, выпускал какое-то жуткого вида оружие, постепенно увеличиваясь до размеров медленно, но неотвратимо приближающегося противника.

Рядом с "эйфелевым чужим" бежали одинаковые, как однояйцевые близнецы, люди. Император Нерон мечтал когда-то, чтобы у народа была одна шея – и перерубить её одним ударом.

Яйца поблизости не было – ни в утке, ни в зайце, ни в ларце под деревом.

Жаль.

- Поиграем? – скучным голосом спросил у меня Крейзи.

Мне тоже скучно. Это Матыльку – забава, а нам, бывалым страникам…

- Поиграем, - киваю.

"Режим бога".

"В доступе отказано".

Это как это? Дробь пальцами.

"Введите имя".

Не отвечать. Не отвечать, пока система, так и не дождавшись ответа, не начнет отключаться.

А теперь, как в метро – "осторожно, двери закрываются!".

Но "закрываются" – это ещё не "закрыты".

Вперёд!

Богу не нужно имён – зовите его как хотите! Он будет богом. Бессмертный – значит и безжизненный, значит, нечего терять, значит…

Матылёк уже обламывает "башню". Такого крутого облома противник явно не ожидал, но сдавать не собирается. Ладно, Матылёк и сам справится. А что у нас?

Я строю Лабиринт прямо поверх бегущих.