Ожившие камни

Прочь от этих людей, не превратившихся в холодный мрамор статуй со счастливыми лицами, но ставших вместо этого безликим чудовищем по имени Толпа.

- Молний было три, - летело в спину. – Или его жена, или сын... Или он сам...

Царь Акрисий шёл к алтарю – в полном доспехе, со щитом и мечом... Только шлем он надевать не стал.

- Вы получите своё...

Храм. Портики. Центральный двор, не скрытый от неба крышей, и алтарь посредине, всё ещё залитый кровью жертвенных животных.

Дождя уже не было – небеса готовились получить своё.

- Ты пойдешь туда один, царь? – окликнул тебя, догоняя и стараясь идти в ногу, лохаг наёмников. Улыбчивый такой парень...

И тебе вдруг стало легко – легко подниматься по ступеням алтаря, легко поднимать глаза к небу – потому что ты шёл туда не один. И не как баран или бык, не как жертва...

- Боги получат своё, лохаг?

- Получат, царь...

Боги не пришли сами – они прислали ваши самые страшные сны – твои и этого улыбающегося воина.

Ты даже не знал, чьи сны были страшнее – ты просто дрался.

С быкоголовым монстром и полулюдьми-полуконями, с чудовищными птицами и гигантскими пауками, с гидрами и львами, грифонами и драконами, уродливыми карликами и одноглазыми киклопами, с громадными вепрями и огнедышащими конями-людоедами, с многоглавыми псами и огромными змеями...

Ты не заметил, когда остался один – только увидел, как безмятежно улыбается, прижавшись спиной к алтарю, храбрый лохаг, и его мёртвая улыбка защищала твою спину так же надёжно, как если бы он был ещё жив и рубил мечом все эти ночные кошмары, воплотившиеся наяву.

И, как он тебя, так и ты защищал его от этого безумного зверинца...

- Они получат своё, лохаг! Они получат своё...

А потом пришла Она – и ты выронил меч. Кровь стыла в жилах и губы шептали против воли: "Как ты прекрасна...", и оставшиеся в живых чудовища вокруг тебя каменели, глядя на Неё... И только мёртвые оставались мёртвыми – и смеялся над тобой успевший умереть лохаг-наёмник. Он – успел...

- Как ты прекрасна.

..

Жена... Твоя прекрасная жена Даная и сын Персей в деревянном ковчеге сейчас уносятся прочь от проклятого города. Твоя прекрасная жена Даная...

- Как ты прекрасна... – против воли шепчут губы, и ты забываешь имя своей жены. Как её зовут? Не помнишь... Имя – не помнишь. Но лицо, глаза, губы, плечи, грудь, бёдра...

- Ты сильный, царь Акрисий, - шепчет это чудовище, опускаясь на окровавленный пол рядом с тобой. Опускаясь – потому что ты стоишь на коленях.