Негасимое пламя

– Мы полагаем, что не только, – медбрат горько вздохнул. Наверное, недавно тут трудится; знакомые здешние медики все как один обладали непробиваемым цинизмом и очень редко тратили себя на сочувствие. – Пациент вообще ничего о себе не помнит. Коллеги говорят, обычно при подобных… патологиях… сохраняются хоть какие-то фрагменты. Тут – нет. Как будто высшая нежить поработала.

– Понятно, – пробормотал Верховский, хотя, само собой, ни черта не понимал. – Всё-таки свяжитесь со мной, пожалуйста. Когда… если придёт в сознание.

– Да, разумеется. Оставьте номер, я позвоню.

Позвонил. Через два дня, чтобы ровным голосом сообщить, что пациент скончался. Отложив замолчавшую трубку, Верховский несколько долгих секунд пялился безо всякого смысла в пустую стену кабинета, словно искал там потайные чертежи человеческих судеб. Потом его, конечно, одёрнул неунывающий Витька Щукин; кажется, сообщил, что Ерёменко наконец-то пошёл на поправку. Ни сам капитан, ни врачи так и не придумали, что за внезапная немочь поразила его перед ранением.

Что-то точно было, а что – леший его знает.

– Я ж говорю, не мог Димка так накосячить, – горячился Щукин. – Эх, понять бы, что оно такое…

– А вы разве задержанных не допросили? – праздно поинтересовался диспетчер Боря. Ему все эти истории – так, разбавить ежедневную скуку.

– Не колются. Даже под присягой. Не знают, и всё тут, – Витька на миг пригорюнился, но тут же снова вспыхнул жаждой справедливого возмездия. – Я ж говорю, там глубже копать надо! Кто-то их прикрывает, вот и…

– Этим пусть следствие занимается, – осадил его Боря и душераздирающе зевнул.

– Наше дело маленькое… Тоска, блин, хоть бы чего случилось уже!

– Идиот, – не выдержал Верховский. Боря обиженно нахохлился, отвечать не стал. Вот и славно; его приятнее слушать, когда он молчит.

В обеденный перерыв, отчаявшись совладать с разъедающим мысли беспокойством, Верховский отважился на наглость. Под любопытными взглядами научников и подозрительными – контролёров он доехал до двенадцатого этажа, пробрался мимо мельтешащих лаборантов к кабинету, занятому группой исследования вероятностной магии, и бесцеремонно толкнул дверь, едва обозначив вежливый стук.

Научники, как по команде, недовольно подняли головы; Верховский едва обратил на них внимание. Нужный стол стоял пустым.

– В отпуске, – стерильно-официальным тоном пояснила секретарша. – Взяла за свой счёт. Когда будет – не знаю.

Извинившись через силу, Верховский вышел и прикрыл за собой дверь.