Найти и вспомнить или Трон на двоих

Карла тем временем достал светлый прямоугольник.

- Посмотрите: похожа, правда?

Марина подошла ближе и посмотрела на фотографию, не беря её в руки. Молодая женщина тускло смотрела с чёрно-белой фотографии. Странно бледная, как будто замёрзшая, с тёмными глазами загнанного маленького зверька. Но, в самом деле, чем-то похожая на Ирину. Ирину безмерно уставшую, никогда не бывшую смелой и гордой принцессой.

- Да, есть что-то общее, - Марина деликатно кивнула головой.

- Это моя супруга, Лизонька, - с трогательной нежностью в голосе пояснил Рудольф Карлович.

"Вообще-то мне это совсем не интересно, - невольно подумала Марина, не зная, что ответить, удивленная этой внезапной нежностью гостя. - Боже мой, не хватало ещё, чтобы он заплакал!"

- Впрочем, я вас задерживаю. Отвлекаю от дел по устройству быта и прочее, - Рудольф внезапно засуетился. - Пойду, пожалуй. Спасибо за кофе, приятно было познакомиться.

Он быстренько переместился из комнаты в коридор. Марина пожала плечами и вышла следом проводить странного Карлу.

И уже на пороге, зачем-то опять вытирая подошвы о коврик, он пробормотал:

- Мне сказали, что мой партнер, Эдуард, вёл себя... э-э-э... несколько некорректно. Вы уж извините его - молодость, понимаете ли, неразумная поспешность, отсутствие должного воспитания, присущая современной молодёжи. Ну да, такие вот дела. Всего хорошего!

Марина молча открыла дверь, по-прежнему не зная что сказать и только неопределенно кивая головой. Гость вышел на площадку и начал медленно спускаться по лестнице, чуть сутуля спину.

- Рудольф Карлович! - окликнула его Марина. - До свидания.

Карла обернулся и первый раз за всё время посмотрел Марине в глаза. Выражение его взгляда Марина так и не поняла.

- Да, да. До свидания, ещё увидимся, Марина Петровна, - и, отвернувшись, он продолжил спуск по лестнице.

"Точно - шнауцер, - подумала Марина, аккуратно захлопывая дверь. - Чего же он всё-таки приходил?"

По-прежнему недоумевая и испытывая смутное, необъяснимое беспокойство, она вернулась в комнату.

В чашке Карлы на дне подсыхали размокшие крошки от печенья. Марина выпила свой кофе лишь наполовину. Машинально переставляя на поднос посуду, она неловко наклонила чашку и часть напитка плеснулась через край. Марина не успела даже охнуть, лишь только взглянула на темную жидкость, повисшую между фарфоровым краем и поверхностью столика, как в очень замедленном кино, и вдруг темно-коричневый кофейный "язык" изогнулся самым невероятным образом и снова ловко нырнул обратно.