Старик и Леха

Жена с сыном ушли, родителей не видит. Дружит только с лосями, орками да эльфами. Едрит твою по дороге! Пусть хоть с дитем своим поиграет.

— Ты откуда все это знаешь?

— Да что ж я? Не живу, что ли?!

Через мгновение они уже мчались на Петроградку. Пересекли дворы Черной речки и добрались до Ушаковского моста. Мимо них из последних сил старались ехать машины. Но наледь и разбитый асфальт не давали им шансов двигаться с желаемой скоростью. Завидев лошадей и сани, водители пропускали их, сигналили, а некоторые выкрикивали в окна: «С наступающим!» и «С Новым годом!».

— С наступающим, железки окаянные! — ругал их в ответ старик. — Ни проезда, ни прохода от вас.

Старик и Леха любовались Невой. В этом месте она была прекрасна — река таила в себе могучую красоту и суровую опасность. Несмотря на заморозки, лед так и не встал.

Они добрались до Каменноостровского моста. А оттуда рукой подать до Карповки.

— Тпру-у! — скомандовал старик. — Прибыли.

Они оставили сани во дворе дома позапрошлого века. Поднялись на второй этаж.

У входной двери было пять звонков. Коммуналка. Старик позвонил в третий. По деревянному паркету за дверью зашуршали тапочки. Дверь открыл настоящий питерский пацан — серая майка, татуировки со смыслом.

— Здарова, мужики, — приветствовал он их. — Чем обязан?

— Здравствуй, Игорь! С Новым годом, с новым счастьем! — сказал старик. — Вот тебе подарок. Играй на здоровье! — и протянул ему маленький сверток.

— Это от кого? — удивился он.

— От меня. С Новым годом!

И наши друзья вновь быстро исчезли.

— Что на этот раз за подарок? — спросил Леха.

— Губная гармошка. Он третий срок мотал, когда его отчим умер. Тот его вырастил, научил всему. Любил пацана. Не расставался никогда с губной гармошкой. Для Игоря не было роднее человека, но он не смог его похоронить. До сих пор терзается... А как срок отмотал, хотел хоть что-то на память о нем себе взять. Но узнал от родных, что гармошка отчима вместе с ним там…

— А за что сидел?

— Вор он.

— Ты что же? И таким подарки делаешь?

— Вор вору рознь, — сказал старик.

— Ну, поехали! Нас ждет последний адрес. Здесь недалеко.

Кони пошли шагом по проспекту Медиков, затем по Большому, а оттуда чуть быстрее направились в сторону Чкаловского проспекта

— Тпру-у! — велел остановиться старик.

Все стали, и в это время в двух метрах от Красавицы вниз с крыши упала огромная сосулька.

— Эх, была б моя воля, я бы все эти крыши поменял. Даже в моих местах слыхали про ваши сосули, или, как их там, сосулевидные тела.