Хроники заблудившегося трамвая

На скамейке напротив неё заворочался и заохал Вик. Действие сонных чар проходило, к нему возвращалось сознание, а вместе с ним и чувствительность.

Ди, между тем, продолжала связывать пленника оборкой, оторванной от подола длинной юбки. Ри думала, заметит это кто-нибудь из фантомов или нет. Прохожие шли по своим делам, добирались до края моста и начинали свой путь снова. Разве что одному, чья траектория проходила ровно там, где стояли Ди, Сен и Дим, пришлось сделать небольшой крюк.

– Ну что, может, шею ему свернём? – предложил флейтист, вталкивая пленника в салон.

– А то он опять чего-нибудь выкинет.

– Мы уже пробовали его оставить, – мрачно заметил Дан. – Трамвай никуда не поехал. Мы не знаем, что будет, если кто-то умрёт. Хорошо, если нас выкинет обратно. А если мы встрянем тут навсегда?

Сен разочарованно вздохнул и пинками загнал Дима в хвост трамвая, подальше от остальных. Ри поймала себя на мысли, что шарахнуть его заморозкой было не такой уж плохой идеей.

– Ну что, все в сборе? – окидывая салон взглядом, спросил Дан.

– Все, все… – откликнулась Ди.

Трамвай, словно откликаясь на эти слова, зазвенел, залязгал и, покачиваясь и разбрызгивая искры, тронулся с места.

***

Мир постепенно приобретал привычные очертания. Она сидела, положив голову Дану на плечо, и ей посреди тумана и хаоса было так тепло и уютно, что захотелось даже, чтобы эта поездка не кончалась.

Гитарист-совёнок, свернувшись, дремал на лавке, связанный Дим скорчился на полу – скрипачка только-только усыпила его короткой мелодией и вернулась к Вику.

Басист вздрагивал и охал, но до конца в себя так и не приходил. Сен возился с флейтой.

– Ты как? – Голос Дана вырвал Ри из сонного оцепенения.

– Ничего, – отозвалась она. – В ушах немного звенит, а так нормально.

– Ты сможешь?

Ри молча кивнула.

– Если хочешь, я сам, – продолжил Дан. – Но мне нужны слова. Я их не помню.

«Я тоже», – чуть не сказала Ри.

Строки стихотворения смешались у неё в памяти, слова сорвались с насиженных мест и бросились в пляс. Что там должно было быть? «Постой, паровоз»? Или «глубокоуважаемый вагоноувожатый»?

На соседней лавке дёрнулся Вик и громко и отчётливо поинтересовался у некого Вадика, на что он ловит, на мотыля или на опарыша. Ди громко вздохнула: «Да за что мне всё это!» – и принялась его успокаивать.

– Я всё забыла, – сказала Ри, глядя в глаза Дану.