Хроники заблудившегося трамвая

Ри посмотрела на неё, моргнула, протёрла глаза, снова посмотрела… И попыталась вспомнить, не бывала ли она в этих краях когда-то давно, ещё в прошлой жизни.

Дан стоял рядом с девушкой, спиной к Ри, и в его позе было что-то робкое, жалкое. При этом – Ри могла поклясться – он опять помолодел лет на двадцать. Это чувствовалось в осанке, в наклоне головы, в том, как оживлённо он размахивал руками. Голоса она не слышала, но по всему было похоже, что Дан пытается в чём-то убедить девушку, а она смотрит перед собой грустно и отстранённо.

Дан остановился, сел на край поваленного памятника рядом с ней, погладил по длинным тёмным волосам. Девушка повернулась к нему, тоже что-то тихо сказала, накрыла его руку своей. Дан, совсем молоденький, студент, наверно, склонился и осторожно поцеловал девушку.

Ри стиснула зубы и быстро, не обращая внимание на падающие ей на голову ледяные капли, стала выбираться из кустов. В груди всё горело огнём от обиды и ревности, и вместе с тем она ощущала ещё что-то.

Та девушка была невероятно похожа на неё. Может, не как близнец, но как двоюродная сестра точно. И когда Дан говорил с ней, когда касался волос и целовал, Ри казалось, что всё это происходило не с незнакомкой, а с ней самой. И от этого было радостно и горько одновременно, будто её выбрали, позвали на концерт, будто с ней отправились на встречу приключениям не из-за того, какая она замечательная и привлекательная, а потому, что она походила на какую-то старую любовь, оставшуюся в «одном счастливом дне».

На обратном пути она уже не обращала внимание ни на сияющий ковёр из одуванчиков, ни на живописные облака, а густой приторный запах сирени теперь вызывал у Ри только тошноту.

«Может, надо было послушаться Дана и не ходить?» – подумала она, поднимаясь по разбитым ступенькам к заблудившемуся трамваю.

**

Оказавшись в салоне, Ри первым делом парой заклинаний высушила джинсы и обувь, и принялась отчищать грязь со штанин, не слишком, впрочем, успешно.

Её клонило в сон, голова отяжелела, а по телу растеклась простудная слабость. Она снова растянулась на лавке.

Дан не возвращался.

«Что они там делают так долго? – вопрошала Ри в полудрёме. – Трахаются что ли? А, впрочем, плевать».

Ей хотелось, чтобы трамвай поскорее вернул её домой или хотя бы на Квадрат. А уж там она бы справилась и с простудой, и с неоправданными надеждами.

Ри провалилась в сон, а когда открыла глаза, Дана всё ещё не было.