Хроники заблудившегося трамвая

Она быстро закидывала в рюкзак пакеты с крупой и макаронами, банки консервов, коробку с чаем, когда Нюсик окрикнула её:

– Над чем ты там, говоришь, работаешь?

– Амулет. От опьянения.

– От похмелья, что ли?..

– Да нет, именно от опьянения.

– И кому он только нужен…

– Я не спрашивала. Меньше знаешь – крепче спишь.

– И то правда. Я тут аптечку нашла. Может, пригодится чего?

– А зачем?

– Потом объясню.

Ри залезла в ящик со столовыми приборами, повертела в руках вилки-ложки, задвинула обратно. Опустилась на колени, вытащила с нижних полок все кастрюли – эмалированные, потёртые и облупившиеся, с миленькими цветочками на боку.

Она уже собиралась уходить с кухни, уже проверила, дотащит ли до дома рюкзак, как вдруг взгляд её упал на банку с водой, в которой стояла ложка. Старинная, почерневшая от времени, с вензелями на ручке. Ри вытащила её из воды, обтёрла об рукав и внимательно осмотрела. В положенном месте конечно же нашлось почти неразличимое клеймо.

Больше ничего интересного здесь не осталось.

Она уже собралась пойти и помочь Нюсик в комнате, как в уши ей ударил надрывный визг: сработала куколка; а несколько секунд спустя раздался звон разбитого стекла – кто-то запустил в окно камнем.

Ри быстро закинула рюкзак за спину и бросилась к дверям. За спиной звучали тяжёлые шаги Нюсик.

– Соль? – спросила она у Ри.

– Соль.

– Значит так. Сейчас открываем дверь, на счёт три – кидаем и бежим.

***

Перед броском они успели заметить у крыльца трёх крепких парней в чёрном и в балаклавах, закрывающих лица. Потом заговорённая соль взорвалась в воздухе, Ри кинулась с лестницы, но застряла между досок прогнившей ступеньки. Один из парней – ему досталось меньше всего осколков и солёных крупинок – кинулся на неё, но Нюсик успела запустить в него чем-то большим и ярким. Ри дёрнулась, освободила ногу и побежала. За ней, громко и отчаянно матерясь, летела Нюсик.

***

Дом у Нюсик был сверху донизу завален всяким старьём. Советские трюмо, резные буфеты и комодики давили друг друга. На полочках, накрытых вязаными салфетками, теснились мутные бутылочки с гербами, вазы с известковым осадком на стенках и разнокалиберные статуэтки. По углам висели лоскутные куколки. Одна из них сверкнула на Ри глазами, но Нюсик прикрикнула на неё:

– Свои, не трожь!

Как она оказалась здесь, Ри не помнила.