Мрачные истории Унылого Дола.

– Нож нужно вернуть, – Гийом прошёл мимо Олсандэра, даже не взглянув на него, точно Хранитель стал для него пустым местом. – Срочно.

– Ты уверен, что срочно? – Комин даже не пытался остановить медиума, тяжело спускавшегося по лестнице, только следил, чтобы тот не упал.

– Три дня до новолуния, самое сильное время. Дверь будет стабильной. Да ещё и в это время года, – Гийом остановился в прихожей, согнулся, пытаясь отдышаться. Воздух вырывался из его тонких губ с хрипом.

– Куда мы идём? Уже поздно, – Комин потёр переносицу.

Хотелось курить и домой, в тепло. Заварить себе горячий кофе, вытащить из шкафа наугад какой-нибудь простенький роман и не думать о конце света, который вот-вот готов был свалиться ему на голову вместе с ордой демонов.

– В церковь, – скривился Гийом как от зубной боли.

– Разве в церкви могли подселить демона? – Дугал почесал в затылке. Матушка всегда говорила ему, что церковь – дом Божий, всё, что идёт от неё – благо. И демонам, а также тем, кто с ними якшается, там не место.

– Ещё как могли, – прошипел Гийом. – Тот ещё крысятник. Зловонные язвы на все их дома! Бездновы порождения! Гниль на теле города!

Дугал поражённо уставился на медиума, потом перевёл взгляд на О'Доэрти. У него в голове не укладывалось, как можно так сильно ненавидеть кого-то. Священник в церкви рядом с его домом был милейшим старичком, готовым помочь советом любому, кто к нему обращался.

– Я потом расскажу, – тихо сказал Комин, стараясь не обращать внимания на ругань Гийома.

Медиум редко выходил из себя настолько сильно. Впрочем, чаще всего в тех случаях, когда дело касалось священников. – Надо поспешить, тогда успеем к концу вечерни.

Глава 1. Конфеты и нож. Часть 3. Конфеты

Церковь святого Августина Равномученника находилась в двух кварталах от дома семьи Арса. Старинное здание выделялось белым фасадом в свете фонарей. Все дома вокруг него выглядели новостроями, хотя им было минимум по полвека. Когда они подошли, как раз начал звонить колокол, отмечая окончание службы.

Эта традиция сохранилась лишь в нескольких самых старых церквях – звонить, когда прихожане выходили с вечерней службы, чтобы отогнать нечисть и обезопасить им дорогу к дому.

О'Доэрти остановился в тени голого чёрного дерева напротив главного входа. Из церкви выходили люди, растекались ручейками по соседним улицам. Кто-то останавливался, чтобы ещё раз перекреститься, кто-то уходил, низко склонив голову и защищая лицо от дождя.