Мрачные истории Унылого Дола.

Дугал замер рядом со старшим товарищем, нервно покусывая губы. Ему о многом хотелось спросить, но он понимал, что сейчас не время. Гийом стоял чуть в стороне, низко надвинув на лицо котелок и подняв ворот плаща. Медиум выглядел мрачно – мрачнее обычного. Дугал невольно подумал, что его угнетает близость святого места. Особенно после той мерзости, что он недавно совершил.

Когда последняя прихожанка покинула церковь, и священник вышел, чтобы закрыть за ней ворота, Комин покинул свой пост и направился к нему. Дугал заспешил следом, то и дело оборачиваясь и ища глазами демонолога.

Тот остался стоять у дерева, даже не шевельнувшись.

– Святой отец, нам нужно задать вам несколько вопросов, – Комин слегка запыхался, пока добежал до церкви. Священник запирал ворота очень уж быстро. О'Доэрти в очередной раз пообещал себе если и не бросить курить, то хотя бы сократить количество сигарет в день. – Полиция, детектив-инспектор О'Доэрти.

– Полиция? И что же вам может быть от меня нужно? – Священник, пожилой мужчина с открытым лицом и мягким взглядом, с удивлением посмотрел на Комина.

Он не казался ни испуганным, ни встревоженным и искренне хотел помочь. – Я всегда рад содействовать, но вы же понимаете, что не могу нарушить тайну исповеди. К тому же, уже очень поздно, я собирался закрываться.

– Церковь – дом Божий. Разве он не должен быть открыт всегда и для всех? – Дугал вздрогнул, он так и не понял, когда Тенебрис успел догнать их.

– Как ты, мерзость пред лицом Господним, смеешь рассуждать о Боге и доме Его? – всё благодушие исчезло с лица священника, как только он разглядел того, кто стоял перед ним.

Гийом снял котелок и смотрел на святого отца своими мёртвыми, выцветшими глазами. – Убирайся прочь!

– Я не испытываю никакого удовольствия от лицезрения этой обители лжи и лицемерия, но я здесь по делу, – едко прошипел Гийом, наклонившись вперёд и вцепившись в створку ворот.

– Мы здесь по делу, – с нажимом произнёс Комин, положив руку на плечо Гийому. Тот зло оскалился, сбросил ладонь О'Доэрти и отошёл от него на два шага.

Комин знал, что медиум терпеть не может прикосновений, но иначе успокоить его было нельзя. – По официальному расследованию. И потому прошу отвечать на вопросы. Тайны исповеди с вас никто не потребует. Вы знаете семью Арса?

– Разумеется, это мои прихожане, – священник немного остыл, но на Тенебриса смотрел с нескрываемой неприязнью. Дугал подумал, что его матушка была ещё весьма терпима к демонологам.