Мрачные истории Унылого Дола.

Потом пришёл гром, прокатился по улицам, отражаясь от домов, с яростным треском вломился в головы, оглушил и заставил пригнуться. Казалось, сама земля готова была разверзнуться. Комин подумал, что так оно и есть. Дугал отстал, хотя был самым молодым и здоровым из них троих. МакШерти постоянно поскальзывался и прикрывал голову руками от дождя. Парень был молод и неопытен, он просто не понимал, что стоит на кону. Сейчас было совершенно не важно, промокнут они или нет.

Комин и сам понимал слишком плохо, мог только догадываться, чем обернётся открытие двери в Иномирье.

Гийом знал наверняка, он открывал и видел, что там, за вечной завесой. Вернулся он вот таким – буквально разделанным на куски и живым только милостью демона. Комин вспоминал ту ночь в кошмарах, тогда тоже была гроза, но сухая, без ливня.

Замок на воротах Тенебрис просто уничтожил, О'Доэрти даже не успел заметить как, двери просто распахнулись, ударившись и решётку и отскочив обратно. В церкви было пусто, горели только лампадки у ликов да пара свечей рядом с крошечной дароносицей, установленной на тонкой подставке – единственной реликвией этого прихода.

Священника нигде не было видно, но Гийом шагал вперёд с уверенностью Гончей, словно чуял своего заклятого врага.

За алтарём обнаружился вход в подвальную часть. Комин едва успел подхватить отброшенный Гийомом в сторону канделябр. Медиум и не думал вести себя уважительно в доме Божьем. Сзади возмущённо выдохнул Дугал, но, к чести своей, промолчал.

– Этого точно нет в официальной планировке, – Комин едва ли не бегом спускался по узким стёртым ступеням, на каждом шагу рискуя оступиться и свернуть себе шею.

– Как ты узнал, черти тебя дери?

– Он начал, – холодно и сухо бросил Гийом. Его тело словно налилось невиданной силой и гибкостью, он спускался быстро и ловко, ни разу не оступившись. Комин даже думать не хотел, из каких источников черпает эту силу медиум.

– Начал что? – не удержался от неуместного вопроса Дугал. Ему никто не ответил.

Лестница наконец-то кончилась, внизу их ждал короткий коридор, который вёл в небольшой пустой зал, выложенный каменной кладкой.

В стенах можно было разглядеть ниши, занятые каменными гробами. Под церковью святого Августина Равномученника располагался склеп, вполне возможно, даже нелегальный, построенный во время Третьей религиозной войны. Комин не смог разглядеть никаких символов веры на гробах или стенах. Впрочем, очень скоро история этого места перестала его волновать.