Мрачные истории Унылого Дола.

Из всех демонов к разрыву явился один из самых сильных, живучих и безумных. Договориться с ним было практически невозможно, зато, выпущенный на свободу, он мог в одиночку уничтожить целый город.

Закончив приготовления, Гийом выпрямился и повернулся к разрыву. Начертанные им знаки висели в воздухе и не думали таять. Кровь Гласа, обильно пролитая на изначальный чертёж, поднялась струйками и выстроилась тайнописью вокруг медиума. Демон завизжал, вцепился всеми конечностями в разрыв, стараясь его расширить.

– Именем того, кто во мне, изгоняю тебя, – Гийом говорил тихо, важны были слова, а не интонация.

Само имя произносить он не рискнул, оно и так пылало в каждом его движении. – Именем его приказываю тебе уйти.

Мерзость заткнулся, пристыжено опустил руки и пополз обратно в разрыв. Он не смел противиться демону, превосходившему его даже сейчас, когда был ослаблен и связан с этим миром. Гийом терпеливо ждал, не шевелясь, по его телу проходили волны боли, оно дёргалось и изгибалось, отмечая движения демона внутри.

Вскоре Мерзость скрылся окончательно, и медиум начал начитывать речитатив закрытия. Дверь была распахнута широко, но Глас не поставил запоров, не раскрыл до конца створки, не провёл нужную подготовительную работу. Схалтурил. Кроме того, дверь была открыта с трудом и совсем недавно. Гийом говорил слова закрытия и запечатывания, штопки и уплотнения. Знаки на полу вспыхивали и гасли один за другим, висящие в воздухе – втягивались в разрыв реальности, тонкие нити крови сшивали края разреза.

Прошло не меньше четверти часа, прежде чем он закончил. Полицейские так и остались стоять у стены, даже не пытаясь вмешаться. Вернее, стоять остался только О'Доэрти, новенький – МакШерти – сидел на полу, ошалело глядя на закрывающийся разрыв. Мальчишка увидел слишком много для одной ночи. Если после этого он сможет сохранить здравый рассудок, изменится навсегда.

– Забери Нож, – голос Гийома прозвучал тихо и властно. Сам он прикасаться к Артефакту не собирался, тем более, он провёл три призыва – два полноценных и один по контракту.

Сейчас для него касаться Ножа было просто опасно.

– Уже всё? – Комин поднял голову и уставился на Гийома. Его бледное лицо походило на череп, глаза, воспалённые, с расширенными зрачками, смотрели на медиума с мукой.

– Всё, подбери Нож и спрячь, – немного мягче сказал Гийом. Даже для привыкшего ко всякой чертовщине О'Доэрти это было слишком. – Я же говорил не смотреть в разрывы.