Отсутствие жизни

Смородник кивнул, достал пачку сигарет и вышел на балкон, а Мавна шмыгнула в ванную, заперевшись на замок. Тут тоже было чисто, как в больнице, только тусклая лампочка портила впечатление. Светлый кафель, душевая кабина, унитаз и раковина идеально белые, в углу — навороченная швабра, которую Мавна видела по телевизору в магазине на диване, пачки порошков и моющих средств выстроены строго по размеру. На раковине – большая бутыль лавандового жидкого мыла.

Присев на опущенную крышку унитаза, Мавна закатала штанину и осторожно сняла бинт, уже присохший к коже.

Рана выглядела неважно, с тёмными, будто обожжёнными, краями. Тошнота снова подкатила к горлу, пришлось зажать рот ладонью.

Мавна потянулась рукой к раковине, наощупь включила воду — сначала полилась настолько горячая, что можно было ошпариться, но, покрутив кран, Мавна сделала струю холоднее. Намочила пальцы и приложила ко лбу и к шее, стало чуть легче. Глубоко вдохнув, Мавна открутила крышку с банки — в нос ударил резкий дымно-травяной запах, чем-то напоминающий запах бальзама из жестяной коробки со звёздочкой.

Мазь выглядела как густое ярко-салатовое мыло, а когда Мавна набрала её на палец, кожу одновременно пробрало и жаром, и холодом, будто пустили электрический ток.

Мавна отмотала немного туалетной бумаги, смочила водой и протёрла ногу, убирая следы засохшей крови. Смородник не сказал ничего про дополнительную дезинфекцию, значит, оставалось надеяться, что чародейская мазь справится со всем сразу. Оттерев кровь, Мавна нанесла на рану мазь и зашипела от боли: ногу будто сунули в бочку с кислотой.

На глазах выступили слёзы, она едва сдержалась, чтобы не побежать в душ, смывать зелёную гущу. Пришлось терпеть, зажмурившись и вцепившись пальцами в край раковины, но когда боль стала совсем невыносимой, волна жара вдруг пошла на спад и затихла. Мавна отдышалась, заправила волосы за уши и осторожно, но довольно туго перебинтовала ногу, захватывая всё от щиколотки до середины икры. Ванная наполнилась едким запахом мази, от которого щипало в носу.

Смородник ещё курил, когда Мавна вернулась в комнату и скромно села на краешек стула. Балконная дверь была открыта, шторы колыхались, и в помещение задувал холодный сырой ветер. Мавна поёжилась, обхватив себя руками за плечи.

Банку с мазью она поставила на стол, около зарядного устройства от ноутбука. Убрать мазь в холодильник? Было неловко вот так хозяйничать в чужом доме. Да и вообще, ей бы пора ехать, но невежливо уходить не попрощавшись.