Отсутствие жизни

Ну что делать с человеком, который ни в какую не хочет принимать помощь? Или не хочет принимать помощь именно от неё? Его можно понять, ворвалась без спроса какая-то раздражающая девица, выпросила ключи, хозяйничает тут по-наглому. Но не бросать же его в таком состоянии.

Мавна перевела взгляд и заметила хромированную винтовку, прислонённую к стене. В голове что-то стало складываться. Грязная одежда, оружие…

— Ты был на охоте? Простуженный потащился, да? Ещё со своей рукой. Сколько их хоть было?

Смородник ответил не сразу.

Доскрёб со дна тарелки кусочки моркови, прожевал и в который раз пожал плечами, отводя глаза.

— Двенадцать. Гнездо.

Мавна сперва подумала, что это шутка. Но Смородник не был похож на человека, который станет запросто шутить. Да и видок у него всё-таки был потрёпанный. Неужели правда?

— Ты придурок, — заключила она упавшим голосом. — Разве так можно?

— Ничего. Живой же.

— И как тебе вообще такое в голову пришло? Ты один был?

— Сначала с отрядом. Вчетвером.

— Сначала?.

.

Мавне не нравилось, что каждое слово из него приходится выманивать, но Смородник говорил с трудом: наверное, он сейчас с радостью вернулся бы на свой огромный матрас и не стал бы продолжать разговор.

— Это была ловушка, — признался он с явной неохотой. — Им нужно было, чтобы меня убили.

Мавна потянулась к конфете и замерла, ухватившись за фантик. Грудь тронуло холодком страха.

— За что?

— За дело.

Смородник встал, вымыл обе тарелки и вернулся за стол с двумя кружками облепихового чая.

На одной кружке красовался логотип его любимой лапши, а на другой — название пакетированного чая. Мавна с грустным вздохом взяла предложенную ей кружку.

— Ладно уж. Не буду тебя мучать, ты и так от меня устал. Обещай, что будешь лечиться. Я купила тебе всё. На ночь выпей шипучку и спать. И носки не забудь надеть. У тебя есть шерстяные? Я в комоде видела только обычные. Извини, что ковырялась в твоих вещах.

Мавна засмущалась. Наверное, это и правда выглядело странно, и она нарушила сто тысяч ограничений и личных границ, так тщательно выстроенных Смородником, но, с другой стороны, её совесть не позволила бы сделать меньше того, что она могла.

— Шерстяных нет, — ответил он, задумавшись.

— Ну хотя бы какие-то надень. Суп завтра доешь. Больше пей тёплого. И… я завтра позвоню. Обсудим, когда в следующий раз ты сможешь встретиться с Варде. Идёт?

Смородник послушно достал из комода носки, натянул их на свои длинные ступни и кивнул.

— Ладно.