Отсутствие жизни

Мавна с тревогой посмотрела на него и погладила по щеке. Он прижался к её ладони, прикрыл глаза и выдохнул.

— Пойдём. Только ты всё мне расскажешь. Что у тебя случилось? Не пугай меня, пожалуйста.

К тревоге за Илара, наверняка уже рыскающего где-то по тёмным переулкам, выслеживающего раненое чудовище, примешивалась тревога за Варде. Как бы хотелось их всех сгрести в охапку, пожалеть и окружить теплом. Как бы хотелось, чтобы они больше не чувствовали себя потерянными.

И самой бы тоже хотелось того же.

Выкинуть из головы всё, что кружилось в мыслях с утра до ночи.

Забыться, но не просто заснуть, выпив снотворного. Отвлечься наяву. Пожить той прежней, лёгкой жизнью — хотя бы недолго. Почувствовать себя живой. Нужной.

Кажется, Варде так и сказал: что она нужна ему. Сейчас.

Варде ухватил её за руку — чуть сильнее и больнее, чем мог бы, и повёл по лестнице в свою комнату, даже не включая свет внизу. Толкнул плечом дверь, на ходу зажёг настольную лампу, залившую его захламлённую уютную комнатушку горячим оранжевым светом.

Зацепил мыском ножку стула, выкатывая его из-за стола и сел, потянув Мавну на себя. Ей ничего не оставалось, кроме как не очень изящно плюхнуться ему на колени.

— Хорошая моя.

Варде глубоко вдохнул и зарылся носом в волосы Мавны. Она рассеянно потрепала его по голове.

— От тебя пахнет болотом. Где ты был?

— Неважно, — забормотал Варде, закрывая глаза и целуя её в шею. — Ничего уже неважно. Просто побудь со мной. Согрей меня. Умоляю. Не уходи. Будь рядом. Ты такая тёплая. Такая живая.

Я так хочу быть с тобой. Ближе.

Руки Варде скользнули под кардиган, задрали футболку и двинулись выше по коже Мавны. Она поцеловала его в лоб.

— Я здесь. С тобой. Ни о чём не переживай.

Варде поймал её губы своими и поцеловал жадно и глубоко, так, будто хотел забрать её дыхание и раствориться в ней. От него правда пахло мхом и землёй, жухлой травой и стоячей водой, а губы были прохладными, но становились теплее, чем дольше Мавна гладила его лицо и целовала в ответ.

Его ладони сжались на её груди.

Мавна выдохнула и откинула голову, а поцелуи Варде перекинулись на её шею и ключицы. Кардиган сполз с одного плеча, а затем и вовсе упал на пол. Мавна зацепила край футболки и сняла её, оставшись в одном тонком кружевном бра нежно-персикового цвета. Варде на мгновение замер, глядя на неё снизу вверх. Взгляд был тяжёлым, каким-то потерянным, а Мавна не хотела лезть ему в душу — расскажет, когда посчитает нужным, наверняка ведь тут виноват его тиран-отец.