Отсутствие жизни

Но Мавна позволяла себе обманываться и слушала сказки про то, что на болотах бегают собаки, а в банках — чайный гриб.

К горлу подкатила тошнота.

— Илар…

Он обернулся.

— Да, Булка?

Мавна нервно заправила за ухо волосы, которые и так оставались заправленными. Облизала сухие губы и кивнула на дверь.

— Пойдём поговорим.

Брови Илара чуть сдвинулись к переносице, но он не стал возражать.

— Надеюсь, у тебя ничего не случилось. Снова.

Мавна не смогла ответить. Развернулась и молча пошла вниз, на кухню, слыша, как Илар топает позади, тихо закрыв дверь в комнату со спящим Варде.

— Ты есть хочешь? — спросила она и распахнула дверцу холодильника. Мавна суетилась, лишь бы не встречаться глазами с Иларом. Сердце снова начало быстро стучать, покоя как ни бывало. Сомнения клубились в голове и стискивали живот: сказать или нет? Как он отреагирует? А вдруг это всё же неправда? Может, сначала выяснить у самого Варде? Но она обещала не врать Илару. — Будешь пельмени? Сварить?

Она выхватила пачку пельменей, резко развернулась, не дождавшись ответа, достала кастрюлю (громыхнув крышкой и ойкнув, что могла разбудить родителей шумом), метнулась к раковине, включила холодную воду и вдруг почувствовала руку Илара на своём плече.

— Мавна, — позвал он мягко. — Посмотри на меня.

Пришлось повернуться, зажав в руках пачку пельменей и опустив глаза. Губу она, кажется, уже обкусала до крови.

— Да оставь ты эти пельмени! Не надо ничего.

Илар вырвал у неё из рук ледяную картонную коробку, от которой уже свело пальцы, и кинул куда-то в сторону раковины.

На кухне повисла тяжёлая тишина. Мавна разглядывала плитку под ногами: старенькую, бежевую, местами потрескавшуюся и с неоттираемыми пятнами. Палец Илара дотронулся до её подбородка. Пришлось всё-таки поднять глаза.

— Что случилось? Помнишь, у нас уговор.

Тусклая лампочка в абажуре освещала Илара сзади, и Мавна плохо видела выражение его лица, но догадывалась, что брат смотрит сосредоточенно и с заботой. Такой огромный, что занимал собой почти всю кухню. Если бы она сейчас уткнулась ему в грудь, то он обхватил бы её руками, как медведь, и Мавна снова почувствовала бы себя маленькой девочкой.

Но маленькие девочки не встречаются с упырями.

Мавна набрала в грудь побольше воздуха и проговорила тихо-тихо:

— Мне сказали, что Варде — упырь.

Илар замер, будто даже перестал дышать. Медленно склонил голову набок и проговорил:

— Кто сказал?

— Смородник.

— Он точно был не под чем-то?

— Точно.

— Ты ему веришь?

Мавна замялась.