Призраки безумия Мэрилин

– Ну что, Мэри, – обратился ко мне доктор Малис, – ты готова выбраться на свободу?

Я кивнула, улыбаясь.

Доктор Малис помог мне сесть на кресло. Потом очень долго рассказывал, что и когда надо принимать и каким кремом где мазать. Я пропустила мимо ушей половину из того, о чём он там болтал. Мне так не терпелось скорее выйти отсюда. К тому же дождь наконец прошёл, и с самого утра светило солнце.

Когда я вышла, мама решила снова поговорить наедине с доктором. В это время я осматривала мир вокруг себя: больница находилась среди леса.

У главного входа была небольшая парковка для машин, где я и увидела мамину. Неужели она приехала сюда из самого Робиноля? Интересно, а насколько вообще далеко находится Бирюзовый лес от дома?

– Мэрилин, садись, доктор Малис поедет с нами.

Я посмотрела на маму, и только потом подъехала к ним. Зачем он едет с нами?

Доктор помог мне сесть в машину. Сам он сел на переднее сидение рядом с водителем. Я надела наушники, но плеер включать не стала. Пусть они думают, будто я слушаю музыку.

На самом же деле я буду подслушивать их разговор.

Но, к моему сожалению, мама и доктор ни о чём больше не говорили. Только о незначительных вещах, чтобы хоть как-то разбавить тишину.

Глядя на доктора Малиса, я опять начала думать о моём отце. Как сильно я хочу, чтобы он был рядом. Если вспоминать мою жизнь до смерти отца, то можно удивиться, насколько другим человеком я была. Несмотря на то, что моя семья была не самой обеспеченной, мы не отказывали себе ни в чём. Мы постоянно ходили на пикник в лес, что был неподалеку от города.

Отец часто водил меня в парк аттракционов, и мы всегда брали сладкую вату со вкусом клубники. Он читал мне сказки на ночь, его голос был таким приятным и убаюкивающим. Он научил меня всему, что я знаю сейчас. Он всегда верил в доброту человечества, и каждый год мы сдавали игрушки в детские дома и покупали еду для животных в приютах.

После его смерти мы долго не могли поверить в произошедшее. Со временем мы, конечно, смирились, но я каждую ночь желала увидеть это доброе и такое родное лицо во сне.

Я часто гуляла по тому парку. Он уже не казался мне таким радостным и ярким, напротив, он был самым серым местом этого чертового города. Но самое обидное, что у меня не осталось ни одной фотографии с ним. Если бы я нашла хоть что-то, напоминающее мне о нём, я бы хранила это всю свою жизнь.

Мне очень не хватает его. Конечно, мне бы хотелось, чтобы моя мама вновь обрела счастье, но никто никогда не сравнится с тобой, папа.