Закон треснувшего корешка

Парень истолковывает мое молчание по-своему. Он тяжело вздыхает и опускается на корточки рядом, миролюбиво улыбаясь:

– Да расслабься. Я тоже из Академии. Странно, что раньше не пересекались, – незнакомец наклоняет голову, окутывая меня дружелюбным медовым взглядом. Я бездумно рассматриваю прямой нос с широкими крыльями.

Какая, к черту, академия? О чем он толкует? Что за чушь? Единственная академия в городе, которая приходит на ум, – это академия культуры и искусств, но едва ли ее студенты постоянно вынуждены убегать от вооруженных психопатов и умеют метать ножи.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – настороженно протягиваю, внимательно следя за действиями парня. Он наклоняется слишком близко.

Я вспоминаю мрачного мужчину, точно так же приближавшегося ко мне, и не выдерживаю. Дернувшись назад, упираюсь спиной в стену, а парень хмурится, внимательно всматриваясь в мое лицо:

– Где ты учишься? – устало уточняет он, будто этот вопрос способен все прояснить.

– В университете на библиотекаря, – отрешенно отзываюсь, бросив попытки осмыслить безумный разговор.

Если так хочет знать, пожалуйста. Информация бесполезная, но безобидная.

Черные лохматые брови удивленно приподнимаются, и парень заводит руку за голову, почесывая затылок:

– Погоди-ка. Ты что, серьезно ничего не знаешь про Академию?

Терпение, и без того надломленное всеми безумствами последнего часа, трескается, прорываясь лавиной возмущения:

– Да какая академия? Ты кто вообще такой?

Лицо парня смягчается.

Он понимающе кивает – хотя мне вот ни черта не понятно – и улыбается, протягивая руку:

– Альберт, но лучше просто Берт. Я книгоходец, как и ты.

Ясно. Все-таки псих. Нужно как-то выбираться отсюда. Аккуратно, чтобы не спровоцировать Берта. Вернуться домой, захлопнуть дверь и оставить позади весь этот бред.

Незаметно осмотревшись, я медленно поднимаюсь на ноги, благодаря стену за опору. Колени дрожат, правое плечо простреливает странной болью, но куда сильнее меня сейчас беспокоит близость к сумасшедшему, от которого можно ожидать чего угодно.

Недавно он спас меня, а сейчас решит сбросить с двенадцатого этажа. Никто не застрахован от чужого безумия.

Выдавливая улыбку, я незаметно смещаюсь в сторону, двигаясь вдоль стены, и протягиваю, пытаясь отвлечь Берта разговором:

– Понятно. Знаешь, приятно было познакомиться, спасибо за помощь, но мне пора. Нужно торопиться, извини.