Закон треснувшего корешка

Я не могу принять и осмыслить эти факты. Знаю только, что должна найти брата и убедиться, что он в безопасности.

Только я ничего не предпринимаю. Безвольно сижу на диване и не могу пошевелиться.

Рада опускается рядом и аккуратно поправляет плед:

– Моих родителей убили, когда мне было пять. Я их почти не помню, поэтому не стану утверждать, что понимаю твои чувства, – она сжимает мое плечо и наклоняет подбородок. – Родион меня приютил и заменил отца. Не бойся, мы тебя одну не оставим.

Ее слова – просто набор звуков.

Я ничего не чувствую, когда слышу ее трагичную историю. Ничего, когда она пытается меня ободрить. Внутри клубится глухая пустота.

Матвей встает с одинокого кресла и подбирается ближе, облокотившись о резной пухлый комод.

– Да найдем мы твоего брата. Обязательно, – твердо заявляет он, кивнув.

Я вскидываю голову, фокусируясь на узком лице. Матвей приподнимает русые брови и снова кивает, перехватив мой взгляд. Его обещание – единственное, на чем мне удается сосредоточиться.

Берт вклинивается между нами, оттесняя Матвея, и протягивает мне телефон.

Металлический корпус холодит ладонь, и я бездумно набираю заученные цифры, уже не прикладывая динамик к уху. Механический голос, утверждающий, что абонент недоступен, и так прекрасно слышно.

Хочется запустить телефон в ближайшую стену, завешенную фотографиями Рады с друзьями, но я даже замахнуться не могу.

Дверь за спиной хлопает без предварительного стука, но я не оборачиваюсь. И так понятно, кто пришел. Я не хочу его видеть.

– Отец завтра соберет Старший Совет, и они вместе решат, что делать дальше. Тебе выделили комнату, как всем ученикам. Можешь оставаться, сколько понадобится, но было бы неплохо начать ходить на занятия. Завтра обсудишь с ним все.

Да черта с два. Завтра я буду искать Кира. Обойду весь город, если понадобится.

Все в один голос вопят, что обращаться в полицию нельзя. Убеждают, что повсюду могут быть члены Организации и они ищут меня всеми возможными путями. Объясняют, что у них широкая сеть знакомых и сочувствующих и нужно держаться в тени.

Никто не понимает, что мне плевать. Если Кир у Организации, пусть найдут меня. Если это позволит помочь ему, то я все сделаю. Чего бы они от меня ни хотели – это небольшая цена за безопасность брата. За такое просто не может быть большой цены.

– Спасибо, – бесцветно протягиваю, мазнув взглядом по черным кроссовкам Эрика.

Неторопливые шаги в кристальной тишине сложно не услышать, и я заставляю себя поднять голову.