Агитбригада-2

Неси сюда молибденовую синь и коробку номер восемь!

– Сейчас! Бегу! – всполошилась Лизонька и заметалась по аптеке.

– Беги! Беги! – ехидно похихикал Моня ей вслед, – с такой жопой, как у тебя, особо не набегаешься – на поворотах заносить будет!

Я еле сдержался, чтобы не рассмеяться.

– А вы – за мной! – рявкнул Форбрихер, взглянув на нас с Валентином. Мы пошли за ним, при этом Валентин якобы случайно наступил мне на ногу.

– Ты почему промолчал? – возмутился Моня, – я тебя вообще не понимаю, Генка! Почему ты ему всё спускаешь?

Я отмахнулся.

Ну не будешь же ты сейчас объяснять, что я просто не хочу привлекать к себе слишком много внимания. И так уже то в Обществе этом тайном, то союз безбожников вора ко мне присылает прямо на дом, то цыгане опять же.

Нет, у меня свои задачи и их нужно последовательно решать. Если же я сейчас начну все эти выяснялки, то, учитывая, кто у Валентина папа, это всё затянется надолго, а мне через неделю с хвостиком уже в соседнюю губернию выезжать.

Тем временем, все было готово, и Форбрихер начал титровать лично.

Он капал по капле из бюретки, и я невольно залюбовался его выверенными профессионально точными движениями. Нет, я, конечно тоже так могу, но мы, в двадцать первом веке уже начали утрачивать все эти инструментальные методы вручную. У нас аналитическая химия превратилась в ремесло, а раньше это было – искусство.

Когда титрование завершилось, Форбрихер, глядя на Валентина сказал:

– Ничего. Это – обычная углекислая магнезия.

– То есть яда нет? – облегчённо переспросила Лизонька и просияла, – а я и не верила, что Геннадий сделал бы такое.

– Вот коза! – восхитился Моня, – ты гля, Генка, в прыжке на ходу переобулась. Если так не верила и вся такая честная, чего же правду папеньке не рассказала?!

Но, взглянув на багрового Валентина, Лизонька ойкнула и оборвала себя на полуслове.

– Этого не может быть! – сказал Валентин, – я же сам видел…

– То есть ты якобы видел, что я набираю яд, подсыпаю его в порошок, который товарищ Форбрихер уносит, чтобы продать покупательнице, и ты при этом молчишь? – удивлённо-насмешливо сказал я.

– А потом говоришь это самой покупательнице, чтобы она испугалась и больше в этой аптеке клиентов не было?

Лизонька схватилась за сердце.

– Это ложь! – вскричал Валентин, – он подменил пузырёк! Там точно был гидрозиний!

– А с чего ты взял, что я именно гидрозиний взял? – насмешливо спросил я. – В шкафу штук тридцать банок стоит.