Возвращение в долину

Молодой человек беззвучно шевелил губами, пытаясь выговорить правильную дату, но нужные слова так и не приходили на ум.

Иви осторожно подошла ближе, почти вплотную, и тут накрытая шалью тварь издала громкий вопль. Чарли дернулся и махнул палкой. Иви неловко отступила назад, запнулась и упала навзничь.

— Ах ты, мелкий ублюдок! — Хелена бросилась к сестре, накрыла ее объятиями, словно огромная черная птица крыльями. Под ее костистыми руками Иви пыталась отдышаться и бормотала:

— Все в порядке. Все хорошо. Я еще не настолько старая.

Все это время Эва стояла, будто парализованная. Тело отказывалось слушаться примерно с той же настойчивостью, с которой мозг Чарли отказывался воспринимать происходящее. Он держался за свое выдуманное счастье, а Эва… так не хотела ему мешать.

«И долго ты еще будешь отказываться от того, что тебе дорого?» — эта мысль прогремела в голове раскатом майской грозы. Эва сделала шаг в сторону Чарли. Впилась взглядом в его глаза. Молодой человек побледнел.

— Уйди! Не приближайся! Сгинь! Я не знаю, что ты за тварь, но предупреждаю!

Она подняла руку.

Кончики пальцев, измазанные в угле, зависли в воздухе, будто встретили преграду. Эва сделала один быстрый росчерк, другой, тело словно само знало, какой символ нужно нарисовать. Тот самый сигил, напоминавший глаз, защищающий от порчи.

Чарли замер и удивленно проморгался. В глазах появилось узнавание. А еще — страх.

Трость выпала из обмякших рук.

— Эва? — проскулил он, и упал на колени, стискивая голову руками.

Из горла вырвался сдавленный вздох.

Девушка бросилась в нему и прижалась лбом ко лбу. Чарли била крупная дрожь, стоило Эве оказаться рядом, он вцепился в нее пальцами.

— Я не понимаю… — бормотал он. — Я не могу вспомнить.

— Все хорошо, — она обхватила его лицо ладонями и притянула к себе, осторожно коснулась губами губ.

Раздался хлопок, словно разом перегорели все лампочки, и дом погрузился во тьму. Такую плотную, что не было видно ни пола, ни потолка, ни окон. Темнота была сплошной, почти осязаемой, она жадно проглатывала каждый звук.

Эва чувствовала, как Чарли цепляется за ее руки. Как испуганный ребенок, увидевший ночной кошмар.

— Я не понимаю… — продолжал бормотать он.

— Эва! Чарли! — звала где-то поблизости Иви.

— Мы здесь, — Эва потянулась, чтобы постучать по полу, но рука тут же провалилась в пустоту. Пола тоже не было. Был только Чарли, державший ее вторую руку изо всех сил.

— Эва, начерти круг, — приказала мать.