Полуночная ведьма

За то, что видел насквозь.

— Знаю, что да. Потому что именно так полуночная магия и работает. Но чтобы выучить чертов древнескандинавский, освоить немагические науки — научиться хоть чему-то, что к магии не имеет никакого отношения, нужно нечто большее, чем умение по щелчку пальцев приходить в ярость. Сила воли, усидчивость, умение взять себя за шкирку и заставить корпеть над тем, что не принесет сиюминутных плодов.

— О да, ты разгадал меня, — сощурившись, прошипела Морриган. Шагнула к нему, и яростью отдалось каждое ее движение.

— Я неусидчива, нетерпелива. Но, если что-то вобью себе в голову, я не отступлюсь.

Она оказалась совсем близко от Дэмьена. Пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы заглянуть в потемневшие, словно пасмурное небо, глаза.

— И да, ярость питает меня.

Громко захлопнув книгу, Дэмьен швырнул ее в кресло. Подался вперед, едва не соприкоснувшись с ее носом своим, и глухо сказал:

— Ярость разрушает.

И такая в его глазах застыла мука, что воинственный пыл Морриган мгновенно угас. Только сейчас она вспомнила, зачем вообще пришла в библиотеку.

Но Дэмьена расспрашивать больше не хотелось. Видеть — тоже. Не беда, найдет новых жертв… то есть более сговорчивых информаторов.

Спустившись на первый этаж, Морриган застала Доминика у входной двери. Какие дела ни ждали его в Пропасти, оделся он в великосветском старомодном стиле: белая рубашка, черные брюки и черный фрак с короткими фалдами. Для полноты образа не хватало только шляпы и трости.

Лорд Дома О`Флаэрти улыбнулся Морриган дежурно-вежливой улыбкой и хотел было уйти, но ее голос заставил его остановиться.

— Могу я спросить вас?

— Да? — Доминик развернулся к ней вполоборота.

— Где в Пропасти можно отыскать веретниц?

— Зачем они тебе?

Выслушав рассказ Морриган, Доминик свел к переносице рыжие брови.

— Я не слишком хорошо знаю ни тебя, ни Бадб, но вы кажетесь мне очень похожими.

Признание Доминика вызвало у нее двойственные чувства. С одной стороны, кто не мечтал походить на ту, что вписала свое имя в историю? Легендарную ведьму, которая выиграла десятки войн.

Точнее, помогла их выиграть, стоя за плечом вождей и королей. Нашептывая заклинания, полуночной силой разрывая врагов на части и вдыхая яростную силу в солдат. Поднимая павших и заставляя их сражаться, не испытывая страха и боли до самого, победного, конца. Однако при всем своем могуществе Леди Ворон была холодна, чересчур самоуверенна и — безусловно — на редкость эгоистична. И все эти черты унаследовала от нее Морриган.