Полуночная ведьма

Расставила позади еще десятки зеркал, занавесила окна плотными черными шторами. На этот раз никаких свечей, никакого источника света. Чтобы попасться в капкан, Итан Галлахер должен думать, будто продолжает свой никчемный путь по миру теней.

«На духов я еще, пожалуй, не охотилась…»

Морриган ждала в кромешной темноте, запершись ото всех и окутав комнату вуалью тишины. Невидимые часы над головой отсчитывали минуту за минутой. Нетерпение жгло изнутри. Она представляла себя хищником в засаде — эдакой грациозной пантерой, что застыла в траве, наблюдая за несчастной жертвой, не подозревающей о том, что ее ждет капкан.

Хотя капканы все же по части охотников… Что ж, острые зубы и когти у нее тоже имелись. И имя им — полуночные чары.

Час. Два. Три. Четыре. Пять.

«К черту. Я иду искать».

«Anedore maes orvei» дословно переводилось как «пустите меня глубже». Что значило — на более глубокий план мира теней. Не в Вуаль — в Юдоль Печали, где обитали духи. На этом плане они могли существовать несколько месяцев или даже лет, пока глубинные планы мира теней не затягивали их подобно смертоносной воронке.

Или пока их не поглощали тени-охотники. Здесь же обитал и Итан Галлахер.

Мир мертвых впустил ее, охотно принимая жертву — саму утекающую песчинками жизнь. Однако не преминул взбунтоваться против вторжения чего-то непозволительно живого. Душа Морриган, невесомая, словно перышко голубки, несла на себе почти неподъемный груз собственного тела. Каждый шаг длился, казалось, целую вечность. Духи, тени, прячущиеся за завесой мира теней, взывали к ней.

Другие тянули руки, насквозь пронзали ее плоть. Тело сковал смертельный холод — обитатели мира мертвых пытались вытянуть из кусочка иного мира его живительное тепло. Третьи нападали, скаля зубы, желая растерзать ее на куски. Их лица Морриган узнавала.

— Идите к демону, — прошипела она сквозь стиснутые зубы. — Боль за вас я уже пережила.

В уши ворвался разъяренный многоголосый шепот. В ноздри — смрад разлагающихся тел, дыма, пепла и рассыпающихся костей.

— И ты думаешь, этого достаточно?

Морриган отмахивалась от теней и духов, призывая в помощь свою рассветность. Каждый шаг выпивал из нее колдовскую силу. Каждый грозил стать последним. Тропа, выстланная осколками души убийцы, рано или поздно должна была привести ее к нему. Но дойдет ли она? Хватит ли сил? Или духи разорвут ее на части и радостно выпьют все ее тепло?

— Жаль, что я не смог тебя убить. Но мило, что ты позволила мне исправить собственную ошибку.