Ржавчина

— Так в чём проблема? — Раахан решительно делает шаг к дереву, но Дэй останавливает его:

— Подождите, стоит проверить. Рин, у тебя какой-нибудь ненужной мелочи нет?

— Была. — Я роюсь по карманам и нахожу обломок яркой микросхемы неизвестного назначения. В траве будет видно хорошо. — Держи.

Дэй забирается на развилку и роняет перевитый проводами кусочек пластика на ту сторону. Он преспокойно падает в траву — это могут видеть все желающие, когда Дэй спрыгивает с дерева.

— Ну что, первым пойду я. На всякий случай.

— Дэй достаёт из рюкзака многострадальную верёвку, привязывает её к ремню, моток отдаёт Раахану. — Если что, помните: с дороги не сходить ни при каких обстоятельствах.

Затем он забрасывает за спину автомат, снова взбирается на развилку и так же легко спрыгивает вниз. И пропадает. Без единого звука или вскрика боли, даже не примяв травы. Натянутая верёвка ослабевает; когда Раахан её вытягивает, конец оказывается словно обрезан ножом.

— Дэй! — Я бросаюсь к дереву, Терн Харнет успевает поймать меня за плечи.

— Я понимаю ваше беспокойство, но мне сейчас нужно, чтобы вы сели и подумали. Ваш парень совсем необязательно мёртв, насколько я понимаю извращённую логику этих мест. А нам нужно вернуться. Всем.

Сам того зная, Харнет цитирует ещё одну строку нашего неписаного кодекса: пока тело чистильщика не найдено, он не считается мёртвым. Рассуждать трезво, когда единственный в мире близкий человек исчез неизвестно куда, получается так себе. Итак, дорога. Не сходить с дороги. Но по ту сторону пропадаешь.

Странно звучит: развилка дороги и развилка дерева. Получается, ветви дерева — прямое продолжение дороги? Ой, наркоманский бред. А что если всё действительно так? Путь через развилку — выход. Сойти с дороги — смерть. А ещё раньше говорили: мир Иного народа — по другую сторону. Той самой реки, через которую ведёт мост из человеческих костей. Я приглядываюсь к дереву. С сорванной корой, как и другие, выбеленное временем и ветрами до цвета кости — когда здесь ещё был ветер. Поделка, которую сплёл Дэй, похожа на железную дорогу и на лестницу — но ведь и на мост тоже.

— Нам туда, — объявляю я. — Всё правильно. Здесь развилка дорог. Здесь выход.

— Вы уверены?

— Да. — Не даю себе усомниться, как на экзамене, когда верный ответ уже пришёл в голову, и раздумывать нельзя, а то преподаватель решит, что ты плохо знаешь предмет. — Да, уверена.

Терн Харнет смотрит на меня — долго, испытующе. Потом, не отводя взгляда, негромко командует:

— Вперёд.