Не ловите мух...

»

На крыше отпечатался след здоровенного, подбитого гвоздями башмака. Кто-то ступил во что-то темное и вязкое, как плавленый сургуч.

Нет, никакой это был не сургуч. Полли мгновенно узнала то, в чем отпечатался башмак, и сердце ее лихорадочно забилось.

«Да это же кровь!»

Закусив губу от волнения, Полли начала разгребать листья, и вскоре она нашла уже целую лужу успевшей засохнуть крови.

«Видимо, кто-то из погодников эту крышу на своих двоих не покинул. А может, и оба… Первая кровь в этом деле… Судя по всему, Муха промышляет не только кражами и похищениями…»

В одном месте в темно-красном, почти черном пятне что-то застряло.

Склонившись, Полли стянула с руки перчатку и осторожно подковырнула небольшой перепачканный цилиндрик. Окурок!

Марка папиреток угадывалась в первую же секунду. Даже сейчас от окурка разило знакомым Полли удушающим зловонием: «Синий морж», полицейский табак.

Все говорило о том, что на крыше после происшествия, в следствие которого появилась кровь, побывали констебли.

– Кажется, завтрак откладывается, – проворчала Полли. – Если только в Доме-с-синей-крышей меня чем-нибудь не угостят. В любом случае вряд ли это будут яичница или тосты.

Идти на Полицейскую площадь по очевидным причинам ей совсем не хотелось, но кто-то из констеблей должен был что-то знать о том, что произошло на этой крыше.

Ей вспомнились слова коридорного Томаса Гаррета и господина Жубера из меблированных комнат. Они оба упоминали старого констебля… как там его звали?.

. Лоусон, кажется… Что ж, нужно отыскать этого Лоусона и обо всем его расспросить. Если он ничего не знает, то пусть укажет на того, кто знает…

Прежде, чем покинуть крышу, уже в дверях чердака, Полли обернулась. Погодник стоял в корзине воздушного шара и как раз отвязывал швартовочные тросы.

– Мистер Фориш! А вы не знаете, когда начнется листветер?

Погодник глянул на нее с таким видом, будто она пошутила.

– Вы разве не заметили, мэм?

– Не заметила что?

– Листветер уже начался.

Он уже здесь.

***

На втором этаже полицейского паба «Колокол и шар» раздавался громогласный храп. Четверо констеблей во главе с мистером Пайпсом разместились вокруг круглого стола у лестницы. На столе был сущий бардак: шлемы, кружки, тарелки и вилки перемешались с обглоданными заячьими костями, игральными картами, окурками папиреток, синим пеплом и разлитым липким пойлом.

Домби откинулся на спинку стула, и по его лицу ползала муха.