Не ловите мух...

У Уискера есть голова на плечах, он – настоящий констебль, невзирая на то, что он – дамочка. Без обид, Уискер.

– Никаких обид, мистер Пайпс.

– Другое дело ты, Лоусон. Считал, что поимка Мухи задобрит Гоббина? Нет уж, ему будет любопытно послушать, как ты вставлял палки в колеса коллегам. Думаю, больше в Дом-с-синей-крышей ты не вернешься.

Пайпс ткнул в Лоусона щупом. Тот закричал и, распростершись на крыше, задергался в судорогах.

Старший констебль повернулся к своим.

– Буппиш, Домби, взять Муху! Шоппли, даже близко к нему не подходи, а то снова что-то испортишь! Сейчас мы узнаем, кто там у нас под маской.

Ставлю на то, что это какой-то уродец.

Констебли склонились над пребывающим без сознания Мухой и принялись стягивать с него маску. Прочие сгрудились кругом.

– Что за возня?! Можно побыстрее?

– Сэр, она не снимается! – ответил Домби.

– Да, тут какой-то хитроумный механизм, – добавил Буппиш, испортив воздух от натуги.

Пайпс махнул рукой.

– Ладно. Это терпит. Грейбисону точно удастся снять с него треклятую маску – не зря он на всякой механике собаку съел.

Я тут подумал: не стоит наших лишать такой забавы – мы откроем личико Мухи при всех, в присутствии старшего сержанта Гоббина. Везем его в Дом. Но сперва…

Пайпс склонился над Лоусоном и снова ударил его щупом.

– Давайте парни. Поблагодарим нашего заслуженного старичка за помощь. От каждого – индивидуальная благодарность.

Он передал щуп Буппишу, и тот с довольной усмешкой ткнул им старика, после был черед Домби и остальных.

От каждого удара током тело Лоусона сотрясалось и корежилось. Только констебль Уискер не стала «выносить ему благодарность».

Взяв щуп, она сказала:

– Кажется, с него достаточно, сэр. Стоит заняться Мухой. Быстрее привезем его в Дом – быстрее снимем маску и получим вознаграждение.

Как бы Пайпсу сейчас ни хотелось, окончательно разделаться со старикашкой, он вынужденно признал, что Уискер права.

– Спускайте Муху. В фургон его. И держите этого хмыря покрепче, парни, – если он вывернется, с каждого башку сниму.

Констебли перерезали нити «Паутины П-17», которые были привязаны к трубам и дымоходам крыши, подняли Муху и потащили его к ближайшей чердачной двери.Напоследок плюнув в стонущего и хрипящего Лоусона, Пайпс двинулся за ними. Вскоре они скрылись из виду. У лежащего старика осталась лишь констебль Уискер.

– Ты сам виноват, Лоусон. Ты утратил хватку. Ты уже давно не тот, кем был. Лучше тебе и правда больше не появляться в Доме-с-синей-крышей.