Не ловите мух...

Одинокий фонарь на столбе выхватывал из ночной темноты голые деревья сада, скамейки и пару дюжин расставленных рядами кресел с фиксирующими ремнями перед небольшим помостом-сценой – «зрительский зал» безумного театра сейчас, само собой, пустовал.

Если Муха и хотел отомстить пациенту № 03/17, то отложил расправу на потом. И верно: он ведь говорил о том, что хочет что-то узнать у него – видимо, прежде, чем убивать мистера Прингла, Муха попытается его допросить.

Она гневно скрипнула зубами. Злодей и его пленник сбежали…

И тут рядом взвыла сирена.

Женский голос из вещателей проскрипел: «Внимание! Совершен побег! Пациент сбежал! Внимание! Пациент сбежал!».

Зубная Фея поняла, что сейчас это место превратится в развороченный улей и ей тоже лучше покинуть его, пока на крыше не появились служащие лечебницы.

Она схватилась за рукоятки манипуляторов, торчащие из днища кофр-ранца, и наружу, раскладываясь, вырвались два механических крыла. Загудел двигатель, из сопла дыхнул жар.

Шаг на парапет. Прыжок. Пустота… и привычное ощущение полета.

Сделав круг над зданием лечебницы, Зубная Фея устремилась на юго-запад, в сторону Чемоданной площади и гостиницы «Габенн».

Безумие… И правда, все это напоминало сущее безумие. Муха появился и ускользнул. Он приходил в «Эрринхаус» за мистером Принглом, который, по всей видимости, когда-то был газетчиком из «Сплетни» по прозвищу «Хвастун». Также его навещал Бенни Трилби – видимо, он раскопал какую-то связь между ним и Мухой.

Вот только, что за сведения интересуют Муху? За что он хочет отомстить бывшему газетчику? Хвастун как-то нелестно о нем отозвался в какой-то из своих статей? Нет, тут дело явно в другом… И ответы хранятся где-то среди пожелтевшей от времени газетной бумаги и выцветших чернил.

Редакция «Сплетни»! Не зря Роберт Эрман следил за ней!

Все имевшиеся у Зубной Феи ниточки вели именно туда, в редакцию, а это значило, что она пройдет по ним и докопается до правды.

«Ты больше не застанешь меня врасплох, – подумала она. – В нашу следующую встречу я буду готова!»

В голове вдруг зазвучала строка из детской считалки, которую пел мистер Прингл: «В комнате не осталось мух…».

Глава 3. Ветер из Льотомна.

В тесной, как карман скряги, и столь же темной квартирке № 17 по адресу Семафорная площадь, 9, раздавались цокот клавиш печатной машинки и скрип старого шаткого стула.