Квинтэссенция

Моей пациентке стало плохо во время занятия, но не переживайте, всё под контролем, — затараторил он, пытаясь придать лицу спокойное выражение.

—Ну конечно, — разгневанно проговорил Ричард. Оливер не успел и глазом моргнуть, а вампир уже стоял рядом, сжимая его шею одной рукой. Ноги Оливера начали постепенно отрываться от земли.

— Отпустите! — он попытался закричать, царапая руку Ричарда.

— Я услышал достаточно, чтобы сегодня устроить себе роскошный ужин. И под словом роскошный я имею в виду количество крови, а не её качество, — с отвращением прошептал Ричард.

— Но сначала она избавится от болезненных воспоминаний любой ценой.

После этих слов Оливер только усилил свои попытки выбраться из цепкой хватки, но вампир и не думал отпускать. Сзади послышался стон Гвен. Она пришла в себя и первое, что ощутила — это боль в затылке после удара. Голова всё ещё немного кружилась, а свет больно бил по глазам. Вспомнив, где она находится, Гвен быстро взяла себя в руки и сконцентрировалась на окружающем мире.

Медленно встала, придерживаясь за край стола. Ричард встретился с ней взглядом. Ему хотелось избить Оливера, причинить нестерпимую боль всем, кто оставил на лице Гвен эту тень скорби. Рик швырнул Оливера в стену, а после подхватил за шиворот рубашки под халатом.

— Всё, что произойдёт в этом кабинете, останется в этом кабинете. Навсегда, — пообещал Ричард. Гвен долго смотрела ему в глаза. Под ними пролегли тёмные круги от долгих бессонных ночей, воспалились красные сосуды от усталости.

Но она видела в них покой. Понимание. И самоотверженную любовь. «Спасибо», — сказала Гвенда одними губами и дошла до двери, чтобы закрыть её на ключ.

— Я очень не хочу, чтобы ты потеряла здесь свой свет, лучик, — произнёс Ричард, когда она подошла к ним. — Поэтому просто знай, что я доведу дело до конца, и этот человек больше никогда не причинит никому вреда.

— Хватит обсуждать это при мне! — не выдержал Оливер. — Я позову на помощь и вам всем конец!

Ричард с размаху ударил кулаком в его челюсть.

Он кивнул Гвен, как будто приглашая продолжить разбираться. По подбородку Оливера текла тонкая струя крови, и он со страхом в глазах наблюдал за Гвендой.

— Что такое? Теперь тебе страшно? — она усмехнулась и не стала дожидаться ответа. Больше всего на свете ей хотелось уничтожить эти наглые глаза.

Как и пообещал, Ричард дождался, пока Гвен выплеснет все накопившиеся за годы эмоции. Он мягко положил руку на её плечо, развернул к себе лицом и обнял.