Забудь меня, том 1

Эстер на экране смотрел на небо, уголки рта покраснели и по щекам пробежали тонкие ручейки крови. Парень нахмурил брови. Этот переход, занявший доли секунды, казалось, стоил нечеловеческих сил Эстеру. В тот момент он принял смерть, был горд тем, что достойно принимает её. В последующие мгновения полуживой парень разрубит демона, встретит грудью роковую стрелу, а после, разрубленный огромным мечом, рухнет на мокрую от крови и дождя землю, испустив дух.

Живой же Эстер робко, словно после длительного сна, поднялся к директору, который с улыбкой похлопал юношу и вновь посмотрел на зал.

Где-то в толпе я заметил Фёдора, с ужасом смотревшего на экран, но в то же время облегчённо выдыхающего. Он осознал всё произошедшее, понял, где реальность. В тихом облегчении он был невероятно счастлив за друга.

– Утратив лидера, бразды управления приняла его правая рука, – теперь директор Аластер Ди вызвал к себе и Фёдора.

Сразу же за ним, старик вызвал всех выживших, среди которых меня не оказалось. Берт на дрожащих ногах кое-как доковылял до сцены, чуть не оступившись на ступенях, поднялся.

Следом вышла Матильда, взгляд её был пустым, а улыбка, которая при обычных обстоятельствах показалась бы жуткой, сейчас выражала то, что была способна выразить. За знатными особами поднялась Кира. Девушка не поднимала головы, видимо, так пыталась скрыть слёзы, но внезапно тёплые объятия Матильды заставили поднять заплаканное личико. Стоило только догадываться, что происходило в их головах.

Пока директор воздавал почести выжившим, на экране сиял портал.

Потухнув во вспышке молнии, наступила тьма, но трансляция продолжалась.

– Однако были и те, кто остался, – мне показалось, или руки директора дрогнули? – Двое последних, не сумевших спастись в портале, но достойно встретившие свою смерть. Благодаря ним смогли спастись остальные!

На экране появились мы с Эриком. Мокрые, уставшие, в ранах и ссадинах, но с улыбками на устах, переходящими в горький оскал. Мой рыжий друг испытывал большую горечь, чем я. Для него та битва была первой и, будь то реальность, последней.

Но он не знал о хитром замысле Аластера, не думал о реальности и нереальности. Он принимал события по мере того, как они отражались на нём.

И вот звучит наш голос, смех. Затем лязг и звон металла, крики, рык. Присутствующие были поражены тем, как мы боролись за жизнь, пусть и осознавая, что она на исходе. Вот момент гибели Эрика, вновь из-за лязга и грома не слышно его слов. Вот огонёк в его глазах потух.