Лиса выходит из развалин

Маленькие лавки шумели, словно пчелы, слышались запахи крепко сваренного темного молока и лаванды, сновали мальчишки, желающие продать свежий новостной листок… Один из мальчишек так не хотел отставать от Ована, что парень сдался:

- Хорошо, куплю у тебя! Сколько?

- Полкроны, уважаемый!

Ован полез в карман штанов, где лежал аванс – Хармутов дал разносчику товаров лишь бумажные деньги, и то десятикронными купюрами. «А у паренька наверняка сдачи не будет…» - посетовал Знищин, но на всякий случай поинтересовался:

- Слушай, парень, а ты мне разменять монетами десять крон сможешь?

- Легко! Подождите минутку…

Мальчишка ловко выхватил из руки Ована купюру и заскочил в ближайшую книжную лавку.

«Главное, чтобы не обманул – а то в Копытло всякое бывало…» - подумалось Знищину, но почему-то в новом жителе Даниславы поселилось стойкое ощущение, что здесь обманывать не принято. И юный торговец листками не подвел – он вернулся с небольшим мешочком, где, судя по всему, лежали монеты.

- Вот, уважаемый! Девять с половиной крон! Можете пересчитать, если хотите!

- Да нет, верю, - улыбнулся Ован, но в мешочек все-таки заглянул – его содержимым стали девять крупных однокронных монет и одна, что поменьше, полкронная.

Ее парень и протянул мальчишке:

- Держи – купишь себе мороженое. А может, и не его – я еще город не выучил и не знаю, что у вас вкусного…

- Так Вы приехали в гости?

- Скорее – приехал работать.

- Здорово! Меня, если что, Кла́ви зовут – если буду полезен, то я каждый день на Палисадах!

- Ован.

Ован Знищин… Можешь звать просто Ов.

- Приятно познакомиться, Ов! До встречи! – отсалютовал Клави, протянул Овану сложенный вчетверо новостной листок и поспешил дальше.

Листок назывался банально – «Вести Даниславы» (никакой фантазии…), а из новостей… Складывалось ощущение, что город живет настолько спокойно, что предпочитает обсуждать чужие новости – так, большая часть номера была посвящена двум темам: «Запретить учение Фа́лдана А́тширеля как разрушительное!» (да кто это вообще?) и «Неожиданные для летнего времени холода ударили по эдоса́нской стороне: клан Малиси́ма уже выступил с заявлением, что погодный скачок – возможный удар чертурвов по мирным жителям…».

«Куда ни плюнь – везде твари Тьмы виноваты», - вздохнул Ован, сложив листок обратно и сунув его за пазуху.

Часовая башня, что стояла рядом с главным городским фонтаном, пробила половину первого – раздалось почему-то шесть ударов.