Лиса выходит из развалин

– В тебе же тоже есть Тьма!

- Да, но я не поджигал свое рабочее место!

- А ты наивно думаешь, что оно было моим?

Не успел Ован что-либо сообразить, как Оптиналь набросился на него, да так, что никакому дикому зверю и не снилось. Поджигатель легко свалил Ована с ног, но дальше ничего сделать не успел – его прервал знакомый обоим противникам голос:

- Оптиналь, не надо!

- Насия? – повернул голову в сторону блондинки Ован. Дочерь Кисеньи была не одна – компанию ей составила сестра по духу: крохотная брюнетка, которая каждый раз при появлении Ована отводила взгляд в сторону – то ли он ей нравился, но было стыдно признать, то ли пугал… Но вот сейчас подруга Насии точно испугалась, причем за Знищина.

- Оптиналь, что ты делаешь? – вопросила Насия, да так, что прохожие стали замечать неладное возле кафе «Теплая волна».

- О нет, Насия… - отмерла подруга. – Посмотри в его глаза…

- Что…

Оптиналь резко вскочил на ноги и привычным голосом велел Насии:

- Насия, не слушай никого – это я, твой Опти!

«Твой, да?», - фыркнул про себя отползший назад Ован.

- Нет… Твои глаза застланы Тьмой! – испуганно воскликнула Насия. – Это правда…

- Зато твои ничего не видят! – снова проснулся «темный» Прешовский.

Ован поднялся на ноги и воскликнул:

- Насия, им управляют извне! Кто-то использует его как оружие!

- Оружие, да? – передразнил Оптиналь. – Скорее я – материализованное возмездие! Да обрушится на твою голову искренний гнев высшего человека в духовном и материальном аспектах…

Последняя фраза прозвучала настолько безумно, что Ован понял – Оптиналя можно только остановить, но уже никак не спасти.

К счастью, вовремя подоспел Чарующий.

Краем глаза Ован увидел, как из рук подходящего Идомира Чапутова вылетают скопления чар, издалека похожие на крохотные цепи. Не успел Оптиналь применить ответный удар, как «цепи» проникли внутрь тела поджигателя, и тот чуть успокоился – по крайней мере, его взгляд снова стал нормальным.

- Оптиналь, ты должен бороться! – обратился к противнику Ована Чарующий. – Ты должен победить в себе эту тьму – откуда бы она в тебе ни появилась!

- А зачем? – пустым, бесцветным голосом не то интересовался, не то уточнял Прешовский. – Настоящая тьма – вот она! – указательный палец избрал своей целью Ована.