Лиса выходит из развалин

Но больше Овану понравились печная труба в форме – ха-ха! – вытянутой музыкальной трубы и круглые окна, которые были похожи на большие стеклянные печенья.

- А у каждого Чарующего такой необычный дом? – не удержался от любопытства Ован.

- Мне позволительно, - улыбнулся Чарующий и жестом пригласил его внутрь.

На пороге их уже ждала маленькая темноволосая женщина, закутанная не то в слишком широкий халат, не то в особый вид платья – сие одеяние смотрелось необычно, а главное – очень шло хозяйке, особенно если принять во внимание, что вся поверхность одежды была расписана скромным геометрическим орнаментом.

- Моя жена – Мани́кла, - представил супругу Идомир.

- Очень приятно, Ован, - вежливо кивнул парень.

- Кажется, это Вы – будущий ученик Идомира? – голос Маниклы чем-то напоминал Миру: видимо, у всех хлопочущих по дому женщин одинаковый тембр голоса – мягкий, глубокий и способный расплавить любую льдину.

- Не совсем… - почему-то Овану не хотелось возражать.

- А дети где? – тоном семьянина со стажем поинтересовался Чапутов.

- Вернутся к обеду, - ответила Маникла. – Проходите скорее за стол! Проголодались, наверное…

Ован был уверен – здесь его точно накормят вкусно.

- Сейчас идем, - кивнул Идомир.

- Удивительно…

- Что именно? – прищурился Чарующий, успев сделать шаг в направлении кухни.

- Разве Чарующим можно иметь детей?

Вопрос прозвучал крайне грубо, но Идомир лишь рассмеялся:

- Конечно, можно – мы не даем обет безбрачия… Более того, никогда не давали. Ты, наверное, тоже читал истории о якобы старых девственниках-Чарующих?

- Было дело…

- Забудь – эти истории сочинили ровно такие же старые девственники-Чарующие, которые не смогли достичь какой-либо внушительной победы в жизни.

- Вот как… Когда буду снова в Копытло, передам это тамошнему Чарующему – мне в свое время очень нравилось его злить.

- Что, настолько плох?

- Нет, настолько зануден.

Чапутов рассмеялся так громко, что Ован испугался за состояние стен, но те не тряслись – видимо, привыкли к подобным фокусам хозяина.

А стол действительно был богатым – особенно на пирожки.