Снежинка для Мороза

– Ох, права ты, Снежка, нет у нас иной судьбы, кроме воровского дела.

Вдруг входная дверь дрогнула, и шумом открылась.

– Здравствуйте, девочки, – я содрогнулась.

Шрам через все лицо всегда вызывал во мне трепетный ужас перед этим человеком. Но появление его в нашей квартире не сулило ничего хорошего.

– Девочки, – Ронан улыбнулся так, что у меня все похолодело внутри. Тара поджала ноги и отдернула руку от монет, будто обожглась. – Вы вчера не сдали выручку.

Я гневно посмотрела на подругу. Так подставляться было непростительно.

Все знают, что не сдать выручку – одно из самых сильных проступков, которые только могут быть. За время работы на Ронана я не слышала ни одного такого случая. Теперь он случился, и именно с нами. Все знали, что после этого произойдет – показательное наказание. Ронан действует жестоко, чтобы больше никому не повадно было.

– Я, мы, – залепетала Тара, – вот, – она придвинула к краю кровати мои монеты.

Двое амбалов, вошедших следом за Ронаном, собрали монеты и протянули их хозяину.

Тот взял и с интересом стал рассматривать шелковый мешочек, в котором лежали монеты. Тут взгляд его упал на часы, которые лежали на кровати.

– А это что еще за красота? – он подхватил часы и щелкнул крышкой. – Откуда они у вас?

Тара замялась, а я решила заговорить, пока она не ляпнула что-нибудь лишнее.

– Мы вчера хорошо поработали. Это не вся выручка, – я пнула подругу, та сообразила, потянулась за своей курткой и высыпала оттуда кучу потрепанных кошельков.

Ронан только щелкнул пальцами, и его ребята подобрали кошельки.

– Красавицы мои, – он присел на край кровати, – не стоит обманывать. Я всегда был добр к вам, – он провел рукой Таре по лицу и тут же положил свою руку мне на колено, проведя вверх до кромки задравшегося платья. – Я не наказывал вас, не требовал отработок с моими ребятами.

Он кивнул в сторону амбалов, и те тихо засмеялись, утерев губы тыльной стороной ладони. Мне стало не по себе, что такое отработка с ребятами я знала по рассказам девочек постарше.

И мне совсем не улыбалось заглаживать проступок Тары таким вот образом.

– Вы намаялись, я понимаю. Устали, легли спать и подумали, что к старый добрый Ронан забыл про вас. Но я здесь, и я помню. Хорошо, что я пришел и смог забрать свое. Я бы должен вас наказать, – мое сердце сжалось до размеров горошины, – но я заменю наказание на правду. Кто из вас взял это? – он выставил перед нами часы на сморщенной ладони.