Снежинка для Мороза

– Я, – еле шевеля губами от страха, пробормотала я. – Не помню у кого, вчера на катке было столько народа.

– Вы у меня мастерицы, но не до такой степени, – я сморщилась от боли, когда он сжал руку и притянул к себе. – Что это? – он глубоко вдохнул. – Мыло? Дорогуша, ты завела себе хахаля, который дает тебе деньги и дарит часы, а я не знаю?

– Нет, – я прикрыла глаза и старалась не смотреть на него.

Острый ножичек щелкнул у моего лица, выбрасывая острое лезвие.

– Не надо, – Тара в ужасе завизжала, – Снежка мне проспорила, и я попросила ее выкрасть эти часы у одного мужика, прямо из дома, когда он спит.

Ронан отпустил меня и повернулся к Таре, та продолжала тараторить.

– А он поймал Снежку, но оставил ее работать горничной, и дал денег. Вот она и принесла мне эти часы.

– Какая щедрость, – Ронан снова повернулся ко мне. – И что, богатый дядечка?

– Очень, – ответила за меня Тара. В этот момент я прокляла всю ее родню до десятого колена, желая, чтобы язык ее отсох.

У меня страх смешивался с яростью. И мне было почти все равно, как накажет меня Ронан, ведь у меня на глазах таяла возможность узнать, как связан этот мужчина с моей мамой.

– Статуэтки, говоришь? И горничной он тебя взял, да еще кошель денег дал.

Ронан поигрывал ножичком в руках, а мы с Тарой как завороженные смотрели за скачущим острым лезвием.

– Покажешь нам дом, расскажешь, что там нужно брать, и я не буду вас наказывать, – ножик щелкнул, прячась в костяную ручку.

– Не буду, – замотала я головой, – берите часы и деньги, это и так много.

– Решила со мной поспорить?

Ножик снова щелкнул и на кровать упала прядь моих волос. Два амбала подхватили меня под руки и подняли в воздух. Острое лезвие прошлось по щеке, оставляя тонкий красный след.

– Ты проведешь нас в дом. Вечером. А сейчас вы идете и принесете мне вдвое больше, чем вчера. И не вздумай предупредить его.

Амбалы разжали руки, и я плюхнулась на пол. Ронан вышел из нашей квартиры, амбалы следом, прихватив с собой мелочь, небрежно брошенную Тарой на столе.

– Снежка, – всхлипывала Тара, вжавшись в угол кровати, – тебе надо показать им дом, этот мужик тебе ведь никто. А не покажешь, они за меня возьмутся, ты знаешь, я же им покажу, я не хочу на отработку.