Снежинка для Мороза

– Отойди, Иван, лучше тебе не лезть в это дело. Отдаешь ее нам, и Ронан не станет больше к тебе лезть.

– Он уже залез туда, куда не следовало.

– Да ты борзый, – Клаус сделал выпад вперед, но Мороз увернулся, ударил по руке, выбил нож и вторым ударом свалил Клауса.

Корн отшвырнул меня к стене, я ударилась спиной, боль пронзила меня, на несколько секунд лишив сознания. Открыв глаза, я увидела Марусю, которая придерживала мою голову. А Мороз уже выводил из больницы Корна, заломив ему руки за спину. Следом отправился и Клаус, который только пришел в себя.

– Иван Степанович, вы просто молодец! Вы наш герой! – прыгали вокруг него юные медсестрички.

Мороз не обращал на них внимания, подошел ко мне, подхватил на руки и понес в палату. Девушки враз замолчали, испуганно и одновременно уважительно смотря вслед.

– Ты должна себя беречь, – он положил меня на кровать, повернул на бок и осмотрел спину, – швы чуть не разошлись.

– Спасибо, – тихо проговорила я, закутываясь в одеяло и пытаясь прикрыть обнаженные плечи.

– Снежана, – он взял мою руку и погладил по тыльной стороне ладони, – я не причиню тебе зла. Я знаю, что Ронан страшный человек, но, поверь, я не отдам им тебя.

– Он все равно достанет меня. И вас заодно, если будете заступаться.

– Даже на Ронана должна найтись управа.

– Серьезно? – я истерически засмеялась. – Сколько лет он негласно управляет Аурой? Город собирает налогов с граждан меньше, чем Ронан. Все его боятся, и не нашлось до сих пор ни одного человека, который бы осмелился встать против него.

– Снежинка моя, – он прикоснулся губами к моей руке.

От отвращения я выдернула руку и со злостью посмотрела на него.

– Вы предатель! Вы предали моих родителей! Из-за вас я оказалась здесь. Но я вам это прощаю, иначе не стала бы я такой сильной. Но ради всего святого, не играйте в мученика и грешника, желающего искупить свою вину. Я вам не верю и не поверю никогда.

Я подтянула колени и отвернулась к окну. Ну, спас он меня от этих громил, так и что? Быть вечно благодарной? Видеть его не хочу! А свое чувство вины пусть засунет куда подальше, как и свою красоту! Пусть на него медсестрички вешаются, а я теперь сама по себе!

– Ты имеешь право злиться, – после небольшой паузы произнес он, – но ты должна все обдумать и не делать отчаянных поступков. Нам нужно поговорить еще раз, но чуть позже.