Вне закона

Так вот, относительно меня… нет, тебя… — Блэр и сам путался в формулировках подчиненной ему теории. Возможно, из-за эффекта от выпитого спиртного. — Короче, ты слышишь, что я говорю на русском, поэтому ты понимаешь меня. А для меня ты говоришь на моем английском, и я понимаю мир вокруг без всяких переводчиков.

— Ха, удобно, — усмехнулся Ваня. Он бы до такого не сразу додумался.

— А то. Как только я понял, что мне предстоит побывать в разных частях света, то сразу придумал нечто подобное, и вот, получилось.

А учить языки мне никогда не нравилось.

Блэр потянулся за недопитой банкой пива, но, подумав немного, поставил ее обратно и взял крекер.

В тот же момент в комнату бесшумно вошла Ванина кошка, недавно проснувшаяся. Темные пятна виднелись в сумраке, белые же участки шерсти слились со стенами и полом. Она поводила усами около Блэра и на зов хозяина запрыгнула на диван. Ваня посадил ее рядом с собой. Всего за неделю эти двое очень сблизились, Вася оказалась очень жадной до ласки.

— Что, так и не надумал насчет замедления жизни? — Блэр кивнул в сторону Васи.

— И не подумаю, — буркнул Ваня и прижал любимицу к себе в знак защиты. — Нельзя так поступать, это против законов природы.

— Снова ты о каких-то законах… — замотал головой Блэр, бесшумно смеясь одновременно с сожалением на лице. — Знаешь, а ты прав. Так поступать имею право только я, тот, кто живет вне законов, и только с самим собой.

— То есть ты замедлил свою жизнь, поэтому смог прожить так много, не меняясь внешне? — с участием спросил Ваня, поглаживая ухо кошке.

— Сначала хотел сделать именно так, как ты сейчас сказал, — снова принялся рассказывать Блэр про свои эксперименты. — От чего люди, да и вообще живые организмы, умирают, не беря во внимания болезни, травмы и прочее? От старости, от того, что тело неспособно функционировать дольше, оно изнашивается. Я хотел замедлить процесс взросления, а значит, и старения своего тела, намного замедлить, чтобы жить практически вечно. Мне очень хотелось увидеть будущее, но при этом не перескакивать через настоящее.

Но тогда я понял, что мой мозг — тоже часть моего тела. Другими словами, я бы тормозил в развитии. Или вот что еще могло случиться: ты бы мне сказал «привет», например, а я бы сутки соображал, что это значит. Замедлилось бы восприятие, понимаешь?

— То есть ты так не сделал? — уточнил Ваня для ясности.

— Конечно, нет. Я поступил по-другому. Остановил свое время относительно всего времени.