Око Волка

Он прищурил левый глаз в мнимом недоверии, чуть приоткрыл рот, обнажив редкие кривые зубы. Казалось, что вот-вот, и весь он развалится на части. Старичок приподнял свечу, освещая обоих волков сразу.

– Ну, долха молщать будим? – пробурчал старичок.

– Мы… – замялся Джон, – прибыли к твоему Господину за советом.

– Хосподину?! – Тот усмехнулся. – Ну тах табе в храм надыть, тута друхой живеть. 

– Тогда, мы хотели бы видеть того, кто тут живет.

– Ты ехо видишь, дальше шахо? 

– Я имею ввиду другого… жителя.

Старик состроил подозрительную гримасу. 

– А хто ето ты? И хто етот друхой? 

– Мы – агенты Управления, пришли с официальной миссией к живущему здесь Черному Магу, дабы получить совет, связанный с нашим делом. 

Джон произнес эту фразу не торопясь, спокойно, но Эд чуял его волнение, и оно только усилилось. Или все же это Эд так воняет? Молодой волк понял, что сердце колотится где-то возле кадыка. 

– Ишь ты, ахенты, – проворчал старик. Немного подумав, он махнул рукой.

– Пошлите, щехо уж тут толховать. 

Старичок нырнул куда-то в тень, зажег еще несколько свечек. То, что оказалось за дверью в какой-то мере поразило Эда – обычная тесная прихожая, оклеенная давно пожелтевшими газетами, с вешалками, десятками курток, неведомым чудом поместившимися на них. Под ногами путались с несколько пар разной обуви. Только волки зашли, как дверь захлопнулась, но уже без скрипа и грохота.

– Щехо эта тута… – бурчал старик, отодвигая груды обуви в сторону, освобождая путь.

– Нашвинящил, паражит, а мне убирай, – он повернулся к детективам. – Ну ха, дайте ха я на ваш поближе похляжу.

Он снова поднял свечу и долго вглядывался сначала в лицо Джона, потом Эда. 

– Эха хахих обормотов х нама занешло. Вы щахо это, из Америхи прихатили? Ишь, приперлишя. Шо штаршим, знаса, поховорить надобно? Ладно, тута он, ждет уж ваш, – старик зашаркал дальше по коридорчику. – За дверями-то не шразу прижнал, милки. Тямно, не видно нищахо, а щто штарший хахих-то хоштей ждал, эт я давно ужо жнаю.

Но вот бывает, не вижу шо шлепу. Меня Афонашием жовут, ешли щто.

Прихожий коридорчик оканчивался узкой окрашенной в белый цвет дверью. Огонек свечи причудливо отражался в рифленом стекле, что было вставлено в середину двери. Вокруг, по стенам коридорчика так же чернели проемы. 

– Он тама шидит, – Афанасий махнул рукой в сторону двери со стеклом. – Вы это, туда идите, но не бойтешся.