Добыча принца

Возвращайся во дворец, приди в себя, успокойся, а потом попробуй наладить отношения с мужем.

Перенесшись к ней в одной рубашке, я не стала ничего скрывать и рассказала бабушке об инициации и замужестве, а также расписала в красках Велиана.

– Нет, не с кем там ничего налаживать. И во дворец не хочу, ты же знаешь, что мне у тебя лучше, – вздохнула я.

По родителям я все же сильно скучала, хоть и не признавалась в этом. Чувствовала себя птенцом, рано вылетевшим из гнезда. Давно знала, что мне предстоит выбрать, кем быть: принцессой или лунной ведьмой.

Жизнь принцессы с договорным браком оказалась не по мне. Но и без этого всегда больше нравилось у бабушки, я чувствовала себя свободнее в лесу. Жизнь была проще без ненужных придворных расшаркиваний, и я, помогая людям, понимала, что действительно нужна им.

Теперь же, выбрав путь лунной ведьмы, я не могла просто появиться во дворце. Еще с самого начала переселения лунных было подписано соглашение, согласно которому ведьмы обязывались жить на выделенных землях, не покидая их и не вмешиваясь в государственные дела, а король не вмешивается во внутреннюю жизнь поселения.

– Но и счастливой ты не выглядишь, – проницательно заметила бабушка.

– Мне просто нужно заняться делом. Хватит отдыхать, – встряхнулась я, прогоняя хандру.

– Может, все же еще раз встретишься с мужем и поговорите уже спокойно?

– Ни за что! – убежденно воскликнула я, вскакивая на ноги. Еще не подозревая, что пройдет несколько дней и я сама буду искать с ним встречи.

– Как знаешь.

Тогда поможешь Малуше? Там на телеге женщину везут в тяжелом состоянии, а ты одна из лучших во врачевании ранений.

Стало приятно от похвалы бабушки. Все же не зря я штудировала книги в библиотеке и экспериментировала с зельями, применяя бабушкин опыт в познании трав. Имея четырех любимых братьев, которые считают себя бессмертными и совсем не берегутся, ввязываясь во всякие передряги, поневоле станешь лучшей во врачевании всяких ранений. Не всегда они обращались к придворному целителю, не желая беспокоить отца, и шли ко мне.

Многие раны на телах братьев зашиты моими руками, и с гордостью могу сказать, что шрамов практически не осталось.

– Что с ней?

– Говорят, что с мужем ехали с ярмарки. Напали разбойники. Может, от города следили – они товар распродали. Его оглушили, а вот над ней поглумились да еще лицо порезали. Она молодая, детки есть, нужно помочь.

– Хорошо, иду. Сумку только соберу, – кивнула я, напрочь забывая о личных проблемах.