Чёрный инспектор. Выбор Крайсы.

– Чёрные годы действительно так страшны? – Фария спросила тихо, точно боясь потревожить тайну, которой не хочет знать.

– Очень. Это очень страшное время. Дно едва справляется, – Кима покачала головой.

– Расскажи о Кою, что он за человек? – Фария замолчала, собираясь с мыслями, потом выдохнула. – И что его связывает с инспектором Крайсом?

– С инспектором Крайсом, как я слышала, они дружат с детства. С охоты на крысят, – Кима решила начать с простого вопроса. – Кою тогда приняли в Гильдию. Он быстро поднялся до помощника прошлого Главы и поддерживал Крайсу как мог.

Я мало знаю, только слухи.

– Расскажи о Гильдии, – Фария решила не спрашивать про охоту на крысят, это явно было что-то неприятное и вряд ли имевшее большое значение сейчас.

– Гильдия существовала… всегда, наверное. Я не знаю. Самая большая банда Дна, думаю. Гильдия всегда занималась большими вопросами, тем, что касалось всех. Заводами, поставками, борделями, зачисткой крайсьих стай, – Кима пожала плечами. Она не так хорошо помнила прошлого Главу Гильдии, но матушка рассказывала, что раньше всё было совсем иначе.

– Кою изменил Гильдию. Он подмял все банды, взял на себя переговоры с торговцами, с фермерами, прикрыл торговлю запрещёнными наркотиками, создал хранилища продуктов на случай чёрных годов. Много чего.

– Как думаешь, Кима, он отступит? Сможет пойти на компромисс? – Фария выстраивала у себя в голове образ Главы Гильдии, добавляя в него всё, что слышала о Кою от Нуари и Элиаса.

– Нет. Не сейчас. Он не согласится, – Кима почувствовала, как её пальцы дрожат.

Она поспешно убрала руку с плеча Элиаса, но тот перехватил её ладонь и сжал, успокаивая. – После всего он не согласится.

– И Небо не предложит компромисс, – Элиас вздохнул. Все его выступления в Совете перестали иметь смысл. Он ничего не успел изменить просто потому, что начал слишком поздно. Или потому, что ничего нельзя было изменить с самого начала. Нуари, Милен и Кою понимали это намного лучше него.

– Что дальше? – Фария решительно посмотрела на племянника.

Она могла только догадываться о том, какие мысли сейчас рождались в его голове.

– Я продолжу высказываться за смягчение нормативов. Теперь я не один говорю об этом, если из Совета исключат всех, это приведёт к сильному недовольству, – Элиас упрямо поджал губы.

Он знал, что Адрэ поддержит его, ещё мог назвать несколько человек из тех, у кого Механизмы на Дне, кто выскажется за восстановление торговых отношений с Гильдией.