Чёрный инспектор. Выбор Крайсы.

От Кою зависела их безопасность а от них – функционирование Механизмов. Высшему Совету придётся прислушаться.

– Дело ведь не только в исключении из Совета. Тебя уже пытались убить, – тихо сказал Фария.

– Или припугнуть, – добавила Кима едва слышно.

– Не вышло. Я ведь… – Элиас замолчал. Он никак не мог понять, откуда в нём столько беспокойства. Ему не хотелось верить, что то, о чём недоговаривают Нуари и Милен, вообще возможно. – Если Небо и Дно… Если конфликт усугубится, они могут арестовать инспектора Крайса.

Элиас не смог придумать, кто эти «они» – просто образ врага, безликие слуги Высшего Совета.

Чёрный инспектор получил титул дарованного Благородного, но это не отменяло его тесных связей с Дном. В случае открытого противостояния его могли счесть шпионом. Нуари убеждал Элиаса, что нынешний начальник и куратор Крайса не даст его в обиду, но против прямого приказа Высшего Совета никто не мог пойти.

– Элиас, прошу, не будь слишком опрометчив. Если тебя исключат из Совета, ты не только потеряешь шанс узнавать настроения и влиять на них, ты потеряешь возможность изменить хоть что-то в будущем, – Фария уложила руки ладонями вместе на коленях.

Она выглядела непривычно серьёзной и смотрела племяннику прямо в глаза. – Ты ещё молод, у тебя впереди долгая жизнь. Я понимаю всю серьёзность текущего положения вещей. И согласна, что бездействовать сейчас безответственно. Но, Элиас, Дно – не единственное, что должно тебя волновать. И на то, чтобы исправить что-то в городе, могут уйти годы. Дай себе эти годы, прошу.

– Хорошо, я понимаю, – Элиас судорожно, медленно выдохнул. Ему казалось, он упускает что-то важное, но никак не мог понять, что.

Фария не стала больше ни о чём его спрашивать, просто села рядом и обняла за плечи. Кима тоже никуда не ушла, хотя её, наверное, ждали в ателье. Элиас был признателен за поддержку, он понимал, что берёт на себя слишком много, но не мог остановиться, не знал, с кем может разделить эту ношу. Она казалась слишком тяжёлой для того, чтобы обрекать на неё близких, а больше он никому не мог довериться.

Элиас мысленно перечислил тех, кто точно был на его стороне. Получалось совсем немного, всего несколько человек. Его самого уже несколько раз пытались убить, детективы Нуари всё время дежурили у дома. Продолжать борьбу с Высшим Советом означало, что он снова окажется в опасности. Как и его домочадцы.

Элиас закрыл глаза, давая себе отдых от мыслей. Он не мог смириться, не мог отказаться от всего, во что верил.