Корпус Вотана (Недомаг-мажор)

Князь выглядел нарочито скромно, из наград нося только звезду ордена Вотана с мечами и дубовыми листьями. Орденская колодка говорила о том, надень Канцлер все свои награды, мундир просто не выдержал их тяжести.

Кадеты с нетерпением ждали начала церемонии. От долгого стояния начинала болеть спина.

По рядам пронесся восхищенных вздох. На трибуне появился легендарный герой Империи, изобретатель, полководец, прославленный генерал-армии, отказавшийся от маршальской звезды - Неомир Вотан.

Сердце Ярослава радостно забилось.

Под звуки марша знаменосная группа в составе лучших кадет трех старших курсов вынесла Знамя Корпуса с геральдическим гербом Вотанов, пожалованное тогда еще князем Эльзидаром Вотаном. Одним из ассистентов знаменосца был Руслан Бакуничев.

- Самодовольный ублюдок! - Прошипел Ярослав.

Напротив каждого взвода поставили столы, покрытые красной материей. Командир взвода по-списку выкрикивал имя. Кадет подходил, поворачивался лицом к строю и ломающимся от волнения голосом произносил заветное 121 слово клятвы.

Когда прозвучало его имя, Ярослав подошел к столу и не поворачиваясь: стоять спиной к главе рода было немыслемым святотатством, произнес слова присяги, умышленно опустив слова “моему императору”, ибо титул по-праву мог принадлежать лишь единственному достойнейшему.

- Однако, каков наглец! - Едва заметная улыбка тронула губы Канцлера.

- У этого кадета странное представление о том, где у товарищей находится лицо. - Глядя на Неомира, невозможно было понять: сердится он или смеется.- Хорошая порка, полагаю,поможет вправить мозги на место.

- Как глава государства, объявляю ему персональную амнистию, не стоит портить праздник. У мальчика будет возможность серьезно подумать над своим поведением и исправить его.

Когда все клятвы были произнесены, столы убраны, Канцлеру, как почетному гостю, предоставили слово.

Князь подошел к микрофону и окинул стройные шеренги. И словно не было прошедших лет. В этих мальчишках он видел себя - первокурсника, оглушенного торжественностью момента.

Безобразов откашлялся, улыбнулся сквозь выступившие слезы, смял в кулаке подготовленную речь и сказал:

- На пути познания вас ждет тяжелый, неприятный труд. Плоды его не всегда приятны, многие из них горьки.