Чёрные годы Крайсы.

– Пора вернуться в штаб, пополнить запасы, – Рис кивнул и вышел из комнаты. Он предпочёл бы сжечь дом, но все строения ферм были неприкосновенны, они обладали особой защитой от гула и были построены очень давно. Повторить нечто подобное сейчас никто бы не смог.

Крайс не торопясь вышел наружу. В поле не было видно ни одной живой крайсы, охотники прочёсывали территорию, добивали немногих раненых тварей. Зачисткой займутся уже другие, присланные Гильдией, их же задачей было обеспечение безопасности. Рюни не чувствовал присутствия крайс, они действительно ушли после гибели своего вожака.

Пахло отвратительно – кровью, потрохами, пеплом – и ещё жареной крайсятиной. Запах еды смешивался с запахом смерти, порождая тошнотворную вонь. Гул слышался сильнее, почва подрагивала от внутренних вибраций. Рюни мотнул головой, прогоняя туман. Лекарство Тайэна действовало, помогало держаться, оставалось надеяться, что его хватит до возвращения хотя бы в Средний город.

Охотники собирались, готовясь уехать. После такого крупного сражения им надо было вернуться за топливом и батареями.

Кроме того, Кою стоило знать о том, что произошло. Смертоносной Большой Крайсы и её стаи больше не существовало, зато появилось несколько поменьше.

Рюни сел в одну из машин, рядом уселся Тайэн, напротив – Рис. Некоторое время они молчали, размышляя каждый о своём. По внешней броне прошёл электрический разряд, отдавшийся внутри лёгким треском и покалыванием в руках. Рюни провёл ладонью по лицу.

– Здесь две фермы было полностью уничтожено.

Одной управляла Эшби, второй семья старого Дагга и его дочери Заны. Никто не уцелел, – Рис покачал головой. Они не успели, тогда атаке подверглись несколько ферм сразу, а эти стояли в отдалении. – Эшби собиралась эвакуироваться, как только соберёт урожай. Дагг отказался уезжать. Теперь его ферму займёт семья его племянника Нары, а ферму Эшби – сестра Клая с мужем.

– Это слишком, – Тайэн закрыл глаза и откинулся назад. Он не мог выносить равнодушие охотника, хотя и понимал, что тому плевать на людей.

В конце концов, его они презирают и зовут только тогда, когда он нужен. И всё равно, так просто говорить о жутких смертях целых семей – этого Тайэн принять не мог.

– Я знал Эшби, – Рюни заговорил неожиданно для самого себя. Он помнил, как видел её в последний раз в приёмной Кою. Сильная, полная жизни, уверенная в себе женщина – а теперь от её фермы остался пустой остов. Вспомнились фрукты, которыми она его угощала. Сладкие, необычные и очень вкусные.