Рождественский дум-метал

А во-вторых, — Ричи оттопырил указательный, — я раскопал достаточно тревожную информацию, что для общения с этим существом друиды использовали какой-то специальный язык. Мы с подобным уже сталкивались в Египте, помнишь? Ты тогда отлично понимал речь и мысли, но ни слова не мог объяснить. Нелегко придётся. А ещё кое-что! Тут какая-то приписка про пустые черепа врагов, хотя логической связи я не увидел. На этом, собственно, всё. Сегодня вечером пойдём его искать, а то днём он спит, прикинувшись камнем, — никаких шансов его обнаружить.

— Я б тоже поспал, прикинувшись хоть камнем, хоть чем, — ответил Кейн.

— Бурная ночь?

— В меру. Часа два поспал, если не считать самолёт. Так будет четыре.

— И как она? — Ричи захлопнул ноутбук, сложив руки на крышке, и заинтересованно уставился на Кейна.

— Похожа.

— Ого. Поздравляю! Может, она и есть?

— Вряд ли. Татуировки нет. Да и как-то, знаешь, уже всё равно не верится, — Кейн устало покачал головой.

— Всё образуется, мужик. Дуй спать, я тебя разбужу, когда придёт время.

Вот твой ключ, — Ричи протянул ему связку. — И ещё вот что, Кейн… Она ведь могла свести её. Двадцать первый век на дворе, татуировки приходят и уходят.

Гостиничный номер состоял из крохотной ванной комнаты с небольшой душевой, раковиной и унитазом и помещения покрупнее со шкафом для одежды, журнальным столиком и узкой кроватью. Кейн поборол в себе желание рухнуть спать прямо в одежде, приоткрыл окно, впустив свежий уличный воздух, разделся догола и залез под одеяло. Тонкое покрывало он оставил поверх одеяла.

Для тепла.

На его счастье, солнце скрылось за бело-серой дымкой облаков и Хорнбах погрузился в ранние сумерки. Прикосновение ещё холодной ткани к коже вкупе с быстро остывающим воздухом прогоняли сон, несмотря на усталость. Кейн закинул руки за голову и уставился в потолок. Исполнитель желаний, значит…

А вдруг и в его случае имело место нечто подобное? Кейн уже размышлял о своём прошлом в этом ключе. Учитывая его теперешнее близкое знакомство с тем, что принято называть сверхъестественным, исполнение некой силой его желаний действительно выглядело вполне сносным объяснением произошедшего.

Ведь люди не просыпаются просто так в самолётах, заходящих на посадку в Рейкьявик, без единого воспоминания о собственном прошлом? Тем более его «свежий старт» оказался на редкость простым, словно был кем-то заранее подготовлен. Но в этом нюансе Кейн так и не разобрался.

Ещё была та рыжая с набережной — первое божество, которое Кейну довелось встретить.