Крылатый

Мы с Ваном хлопнули друг друга по раскрытым ладоням, отмечая свою маленькую победу. Ветер только поднял свои алые очи к луне, тяжко вздохнул и развёл руками. Только тут я понял, что наш бог изрядно потрёпан.

— Я должен уйти, дети, — сказал он, — иначе я нарушу своим присутствием целостность ткани мира. А я вовсе не жажду случайно создать воронку Хаоса где-нибудь прямо на берегу. И свой дар я вам оставить не смогу.

Это он про вихрь из снежинок? Эх, а жалко. 

Хорошо всё-таки понимать брата с полувзгляда.

— Иди, мы уже давно готовы. 

— Не беспокойся о нас, Феникс.

— Ни к чему вы не готовы, дурни, — качнул головой бог.

Мы одновременно пожали плечами.

— Ирдес, ты на меня не злишься?

— Это ты про Вэйва, Ван? Да брось, не за что злиться! Я сам дурак.

— Не хотелось бы умереть зная, что ты меня не простил. Я был не прав.

— А мне бы не хотелось умереть, зная, что ты чувствуешь себя виноватым.

— Да пошёл ты!

— Щас вместе пойдём, дохляк ушастый!

— Короче, Ветер, мы готовы!

Феникс обречённо вздохнул и шагнул к моим родичам. 

— Я отдал им всю жизненную силу, которую мог, — сказал бог моим родителям. — Но у меня её, к сожалению, сейчас совсем немного. Дети выживут, но помощь им нужна пару часов назад.

— Ясно, — кивнул отец. — Спасибо тебе...

— Ты ещё успеешь пожалеть о том, что твои дети связали со мной свои жизни, — почти весело фыркнул снежный бог.

— Скорее уж, это тебе предстоит пожалеть, что ты связался с ними, — с тем же весельем ответил мой папа.

— Увидим, — искренне улыбнулся на прощанье Феникс.

Он исчез ледяным порывом вместе со своими снежными вихрями, но вместо ожидаемой тьмы меня с головой окунуло в боль!

Голова кружилась так, что я согнулся, упираясь ладонями в колени, а потом и вовсе сел на песок, пытаясь удержать одной рукой голову, а другой землю.

Только тогда я понял, что всё случившееся было реальным! Что всё это реально произошло!..

— Ва-ан… это были не предсмертные глюки…

— Это… не помешает нам… сейчас подохнуть…

Обернувшись и стараясь не сразу распластаться на песке, я встретился взглядом с матерью моей императрицей.