Крылатый

 

Следующие сорок минут я потратил на отстаиванье своей точки зрения и попыток добиться безоговорочного согласия на исполнение намеченного плана. Насколько проще иметь дело с имперцами — приказал, и они подчинились правящей крови! Больше всего своё право на драку отстаивал Кеншин. Но я, ещё раз уточнив у Кацу его намеренье принять тёмное подданство, устно принял его в имперцы и приказал объяснить Кеншину, почему тот останется на яхте. 

— Хорошо, — в конце концов вынужден был согласиться на мои условия (замечу — компромиссные!) Рийо.

— Мы довезём тебя до Хасимы. И увезём обратно, когда ты закончишь бой. 

— Именно так.

Вот только кто сказал, что будет бой? Я не буду нарываться без лишней необходимости. Не идиот же. А ещё надеюсь, что телефон капитана спутниковый, потому что я должен сделать один звонок.

— Командир, это Крылатый. У нас проблемы. Закрой линию от прослушивания, у нас крайне серьёзные проблемы…

Внимательно выслушав, Дрэйк выругался:

— Твою мать, Ирдес! Почему ты не позвонил раньше?!

— А что бы я сказал тебе раньше?! Маньяк мёртвый лежит в морге, Маньячка лишилась рассудка и скорее всего не выживет, мой личный бог и Апокалипсис пропали в неизвестном направлении?! Ах, да, ещё Глюк, Легенда и Рысь в коме и едва ли очнутся когда-нибудь, а с ними и мой старший брат в таком же положении! 

— Всё, всё, не злись.

Понял. У нас нет стационарной точки выхода, а на территорию Японии проникнуть, сам знаешь, не так-то просто. Попытаюсь пробиться. Ориентировка на маячок Вана?

— Вана и Маньяка.

— Ирдес… — Дрейк тяжело вздохнул, и я впал в ярость.

— Дрэйк, если ты рот по этому поводу не заткнёшь, то лишние зубы я тебе выбью! — прорычал я, не сдержавшись. — В общем, я понял, если что, рассчитываю только на себя.

— Я этого не говорил! — тут же рявкнул командир. — Я сказал, что положу все силы, чтобы пробиться к аварийной точке прорыва Хаоса! 

— Хорошо, — помолчав, сказал я. — Но помни, что там бог, за которого я сам убью любого. Не повреди ему.

…На яхте тихо.

Только приглушённый, слышный как тихое урчание шум двигателя и ветер в лицо. Солёный ветер моря. Вся моя одежда уже пропиталась солью насквозь. Кроссовки вообще не подлежат восстановлению. И никаких мыслей в голове. Только музыка в стиле «dark metal» звучит в динамике наушника одолженного у Кацу плеера. Я нечасто слушаю музыку в наушниках. Сейчас нужно выбить из головы лишние мысли. В идеале — вообще все. А ещё мне плохо. Так плохо, как уже очень давно не было.