Град Изумрудный

Из-за двери послышались негромкие голоса, и тут же стремительно застрекотала печатная машинка. Звук ее работы, пусть и был довольно громок, с грохотом рельсового транспорта не шел ни в какое сравнение, и потому вызвал только улыбку: люди работали, и работали по его, Винсента Альбаха, распоряжению.

- Пожалуй, позвоню ему, - ни к кому не обращаясь, будто очнувшись от воспоминаний, размеренно произнес арендатор престижного офиса. - Надо будет…

Этот трамвай не только грохотал, он еще и звенел: сигнал, верно, распугивающий с рельсов всех подряд, начиная с частых прохожих и заканчивая редким теперь гужевым транспортом, был подан кондуктором аккурат под окнами большого офисного здания.

Сделалось избыточно шумно, и что там было надо мистеру Тетти-Боглу и с кем он собирался связаться, осталось тайной: звонить он не стал.

Вместо этого кандидат в мэры порывисто вскочил, поправил складки длинного килта, схватил с вешалки зонт, да и выбежал вон. Хлопнула дверь.

Выходцев из Шотландии и их потомков, что спокойных и трудолюбивых равнинников, что вспыльчивых и себе на уме хайлендеров, в Сиэтле предостаточно, но килты они носят редко.

Причина первая и самая главная: Сиэтл - не самый жаркий город в САСШ. Зимой и в межсезонье в короткой юбке, будь она хоть сто раз мужской, мерзнут ноги.

Вторая и тоже довольно важная причина: Изумрудный Город, все же, не Глазго и не Эдинбург, и мужчина в юбке может вызвать недоуменные вопросы: кто знает, чем они обернутся и закончатся?

Винсенту Альбаху Тетти-Боглу, выходцу из славного холмового рода Боглов, было плевать на вторую причину.

Местная шпана, привычным чутьем мелкого падальщика, схватывала, что попытка «предъявить за юбку» тому, кто дружит с начальником полицейского управления, да еще носит с собой тяжелую дубинку, по недоразумению считающуюся зонтом, может окончиться крайне неприятно, и не для самого носителя неподобающей одежды. То, что о связи потенциального клиента с полицией мелкий криминалитет даже не подозревал, сути дела принципиально не меняло: чутье — оно и есть чутье.

От причины же первой организм приятеля главного городского полицейского превосходно защищали заклятья на непродуваемость, ненамокаемость и подогрев, наложенные в мастерской прямо на шерсть, еще до ее окраски в клановые цвета. Попросту говоря, килт только выглядел как вычурная одежда, на деле же представлял собой климатический артефакт, очень сложный и дорогой.